Поцелованная Смертью

— Когда ей снились кошмары, она всегда приходила ко мне…

Действия отчаявшегося влюбленного не лишены логики: с плохими воспоминаниями могли возвратиться и хорошие. Если целитель ассоциировался со спасением от боли, то на какое-то время желание вернуть ощущение защищенности могло подавить новые чувства.

— А сейчас не придет, — произнес, как припечатал, Бранд, беря спящую девушку на руки. — Наш разговор не закончен, продолжим его завтра. И тогда же я решу твою участь.

— Решишь мою участь?! — вспыхнул гневом Давид.

— Эта девушка — моя. И тот, кто причинит ей малейший вред, мой — враг, — дракон зло усмехнулся. — А врагов, живых врагов, у меня почти не осталось.

И он ушел, оставив растерянного целителя сидеть на полу.

Мотоцикл Романа пришлось бросить у подъезда. Но за байк Юрген не переживал — навешенные на него заклинания отведут глаза любителям посягнуть на чужое. Больше всего его волновала магичка, мирно посапывающая в его объятиях.

Таксист, по счастливой случайности только что доставивший пассажиров к соседнему подъезду, не стал задавать лишних вопросов, когда в салон сел хмурый парень со спящей девушкой на руках. Перебрала красавица, с кем не бывает?

Однокомнатная квартира сияла чистотой — порядочные съемщики, жившие в ней с момента отъезда Романа в США, постарались убрать следы своего многолетнего присутствия.

Только уложив Аню на кровать, Бранд заметил, что забыл в квартире целителя ее обувь.

— Моя босоногая принцесса, — мягко произнес мужчина.

Откинув тяжелые пряди с лица девушки и посидев рядом с ней несколько минут, он вышел на балкон.

Июньский вечер пришел в утомленный город, замерший в истоме после жаркого дня. С запада дул прохладный ветерок, обвевая сосредоточенного дракона. Закончился еще один день его пребывания здесь, а он не продвинулся в своем расследовании ни на шаг.

В первых числах мая в руки Юргена попала анонимка, сообщающая, что «ребенок Артура Бранда входит в силу».

Прежде чем отправиться на поиски племянника, Юргену пришлось решить непростую проблему: покинуть Нью-Йорк тайно, чтобы следящая за ним Всемирная Организация Контроля продолжала считать, что знает все о его перемещениях.