Поцелованная Смертью

— Теперь вы готовы уйти?

— Позволь сказать последнее слово, Велигор, — заартачился седовласый некромант, не сводя со своей вдовы тяжелого взгляда.

— Разумеется, говорите.

Стена между душой и людьми исчезла.

Призванный вмиг оказался рядом с Полиной Ивановной — вздрогнув, она не стала отворачиваться от испытывающего взгляда. Савельев пристально смотрел на нее, не говоря ни слова, несколько тягостных мгновений.

Затем со вздохом обронил:

— Живи…

И повернулся к Лиле. В темных глазах мужчины появилась неожиданная мягкость.

Подняв просвечивающуюся руку, словно желая провести по светлым волосам внучки, он тотчас ее опустил.

— Береги ханджар, девочка, он — лучшая защита от тех, кто без оружия сильнее тебя… Я готов, Велигор.

Лиля растерялась. И это все?! А как же напутственная речь? Мудрые советы деда для неопытной внучки? Раскрытие семейных тайн? Имени той странной женщины?..

Измученная подсмотренными воспоминаниями, в беспомощной растерянности она наблюдала, как Родион завершает ритуал.

И как уходит призванная душа, исчезая во вспышке ослепляющего света. Умиротворение, разгладившее жесткое выражение лица Савельева, заставило ее покориться такой вот странной посмертной встречи с дедом.

Когда Лиля смогла нормально видеть, Велигор уже доставал из-под стола свой потертый саквояж, а бабушка сдернула с окна завесу, впуская дневной свет в комнату.

— Минуточку, Родион! — всполошилась огневичка, вспомнив о важном моменте. — Вы забыли очистить свой нож.

Сделайте это при мне, пожалуйста.

— Не доверяете? — прищурил синие глаза парень.

— Нет, — прямо ответила она.

— И правильно делаете — некромантам не следует верить на слово. — Велигор плутовато улыбнулся и, взяв нож за тяжелую ручку, развернулся к кухонной мойке.

Незаметным движением он провел клинком плашмя по внутренней стороне своего запястья, оставляя на нем красное пятнышко, и лишь затем открыл кран. Подержав нож в проточной воде, попросил огня — и Полина подожгла в стеклянной миске страницу, вырванную из глянцевого журнала.

Поводив оружием над пламенем, поинтересовался:

— Теперь довольны?

— Да, благодарю.

Споро бросив свечи, мел в саквояж, Велигор осторожно запустил руку в ящик с костьми. И вскоре в солнечных лучах заблестел изогнутый кинжал, виденный Лилей в воспоминаниях деда.

— Ханджар Савельевых. Клинок из дамасской стали украшен чеканкой, рукоять изготовлена из моржовой кости.