ТА-РО

Но скандала не миновать, а может и чего похлеще. Высказала свои опасения Зиме. Та отмахнулась.

– Я оставила князюшке письмо. На восточной окраине еще не была, а жалобы от купцов приходили. Парочку городских голов не мешает проинспектировать.

Зима громко объясняла, размахивая в воздухе белой ладонью, что считает важным в первую очередь, что во вторую. Выходило, что красавица неглупа. Хотя ни трактаты Макиавели, ни уложения Чингис-хана, в глаза не видела.

– Я попросту обязана побывать во всех росских городах. Лучше, когда народ знает своего повелителя в лицо.

– Тем более, когда лицо – ТАКОЕ.

Скаламбурила принцесса. Зима юмора не поняла.

– Верно. Россы любят красоту. Считают ее Божьим даром.

Сияющие физиономии дружинников полностью подтверждали эту мысль. И молодые парни, и седые ветераны вели себя на привалах, точно глупые щенки. Стремились попасть на глаза, услышать хоть словечко одобрения. Со всем рвением несли ночной дозор, кашеварили, уносились в сторону от дороги (проверить подозрительный лесок), расспрашивали встреченных путников, на привалах совершенствовали воинское мастерство, стреляли из луков и бились на деревянных мечах, подчиняясь любому приказу княгини без промедления.

Хитроумная правительница держала воинов в строгости. Они были в восторге. Ли наблюдала и училась управлять. Зима делилась секретами.

– Главное – знать их и понимать. Одним нужен пряник, другим кнут, третьим – таких большинство – разумное сочетание поощрения и наказания. Не так уж и сложно. Сейчас мне помогает внешность.

Ли вспомнила, вопли, безжалостно осужденного и повешенного в Заранске казнокрада. Зима, как и обещала, наводила порядок, не стесняясь в средствах.

В двух дневных переходах от Чуйка Залесского девушки собрались искупаться. Небольшое озеро дразнило прохладной, прозрачной как стекло водой. Денек выдался жарким. Пыль, поднимаемая копытами коней, прилипла к потным лицам.

Момент истины настал! Правда, суровый дядько Хмур, имя ему чрезвычайно подходило, спервоначалу влез в озерко сам, не слушая никаких возражений княгини.

– Князь мне, госпожа, случись что, не токмо голову оторвет. Не взыщи.

Бултыхался в воде (с самым серьезным видом) он не менее четверти часа. Наконец постановил.