Под крылом Совы

Тем не менее, мы прошли не один проход прежде, чем князь Ралтэфар обернулся ко мне. Гнев, не прорвавшийся сквозь маску безразличия, захрустел чародейским инеем на ближайшей стене.

– Тебе следует развлекать княжну. Ты прекрасно знаешь все инструкции, чтобы тебе требовались уточнения, Фарэм, – князь скрестил руки на груди, хмуро разглядывая меня.

– В ваши обязанности не входит шутовство, – я сердился, осознавая, что меня принизили ещё больше.

– В данный момент это именно твои обязанности. Княжна Фанориа – гостья Ледяного Пика и твоя, а ты уже обделяешь её своим вниманием, – Ярчайший покосился на Тень.

Его раздражение, кажется, готово было сминать и воздух.

– Я мог бы поехать вместо вас.

Оставить надежду не ввязываться я не мог. Соблазн внимания гостьи манил и пьянил. Я должен был сохранять рассудок трезвым, а меня насильно отправляли в головокружительный омут. Как можно не понимать, что я уничтожу Её тепло магией крепости и собой? Неужто непонятно, что зреет страшное преступление? Много ли времени пройдет прежде, чем княжна разучится улыбаться по-настоящему, когда Крепость зацапает себе её сердце?

– Исключено.

Назначенное собрание для старшей ветки, – князь шумно выдохнул через нос и приподнял подбородок. – У тебя достаточно дел в Крепости, так что перестань отлынивать. Ты уже не мальчишка.

– Я не первый раз говорю вам, что не хочу жениться, а вы специально оставляете на меня княжну?

Дожили. Непрямой, но приказ. И ладно, если бы мне поручали бумажную работу или иную скуку вроде пересчёта мешков с углём.

Нянчиться. С красивым ребёнком, к которому у меня непринуждённо возникает симпатия. Её место не здесь и не со мной.

– Ничего подобного. Однако, не могу не признать, что мой вызов пришёл как нельзя кстати, – беспощадность речи Ярчайшего могла резать самый твёрдый камень. Задумавшись, он снял с пояса маленький бархатный мешочек. – Едва не забыл. Ты снова вовремя. В общем, это для княжны. Надеюсь, к моему возвращению она будет это носить.

Сквозь мягкую ткань я нащупал внутри массивное кольцо, с горечью отказа расшнуровал кошель.

Слушая эхо шагов уходящего князя и его Тени, я разглядывал новёхонькое кольцо-коготь из серебряного сплава. Завитушки гравировки зрительно уменьшали вес, но не прятали скрытый мороз металла от знающих его.

«Даже надев кольцо, княжна Клыка не станет так сразу моей женой. Кольцо – лишь символ, что она лично принимает покровительство Ледяного Пика», – повертев украшение ещё немного, я спрятал его в мешочек.