Младшая дочь

Не желая отвечать, Лиза попыталась вывернуться. Не получилось.

— Пусти! — отчаянно попросила она.

Костик нахмурился, но футболку отпустил, тут же перехватив в мягком объятии плечи.

— Куда я такую зареву отпущу. Пошли, расскажешь, что стряслось.

К счастью, повел он ее не домой, а к озеру за сараями, на деревянный помост, с которого они иногда ловили мелких бестолковых рыбешек. Так, для баловства: поймал — выпустил. Сев на нагретые солнцем доски, Лиза подтянула колени к животу и обняла их руками. Костик устроился рядом, ожидая, когда она заговорит первой.

Долго они сидели молча, но потом брат все же не выдержал и начал расспросы.

— Что, с Тимой опять поссорились?

Лиза хмуро кивнула.

— А ты к маме пошла ябедничать?

Снова кивок.

— И что? Она вас обоих отчитала?

Помявшись пару секунд, Лиза снова медленно кивнула.

— А чего ты тогда ревешь? Первый раз что ли? Сама же набедокурила… — добродушно протянул Костик.

И Лиза не выдержала, уронила голову в ладони и разрыдалась, на этот раз по-настоящему горько.

Костик растерянно замер. А потом осторожно начал гладить ее по голове. Стало еще горше. Доброта брата только усиливала чувство вины за те ужасные слова, которые вырвались изо рта Лизы.

Она смогла успокоиться, только когда на озеро спустились сумерки, а над затянутой ряской водой пронзительно запищали комары. Резко стало прохладно, и они засобирались домой.

Лиза так и не смогла признаться брату, что крикнула в запале Тиме и Софье. А вернувшись мужественно отстояла положенные полчаса в углу, не издав ни единого звука.

И если раньше она считала стояние на гречке настоящей пыткой, сегодня ей казалось, что она ее заслужила.

Уже засыпая, через стенку Лиза услышала, как Костик ругается на Софью за то, что та слишком жестока. И понадеялась, что приемная мать, как всегда промолчит, оставив причину наказания в тайне.

Прямо сейчас

Количество кофе в организме Лизы давно превысило допустимую норму, поэтому она заказала синюю матчу. По крайней мере, так ее называли в меню модной кофейни в центре Мозгвы.

То, что это вообще другой напиток, владельцев заведения явно волновало меньше, чем то, что кто-то может ущемиться с настоящего названия тропического цветка — «клитория». Лиза терпеть не могла такое дурацкое ханжество.

Размышления о названиях в меню помогали ей отвлечься от тревоги. Та накатывала волнами: то успокаивалась ненадолго, то захлестывала до макушки. Так, что становилось трудно дышать, будто действительно тонешь.