Драконий отбор

И почему ей показалось, что тот не сказал ей всей правды?! Она рассердилась.

- А у кого мне спрашивать? У короля?

- Именно. Лучше об этом будет спросить короля, - поклонился страж и кивнул в сторону ворот: - Вернитесь к себе, принцесса Геллиана. Вам следует одеться и привести себя в порядок.

При этом еще скептически оглядел ее неприбранные волосы и наспех накинутую верхнюю одежду. Как это ее вымораживало! То, что каждый тут считал своим долгом указать ей, что она должна и чего не должна. Она уже собиралась высказаться, потом сообразила, что скоро сюда заявится айлида.

Или еще хуже, к ней в гости может пожаловать Дункан. Он ведь обещал зайти к ней, и королю драконов не откажешь. Гелла помрачнела, пришлось признать, что ее телохранитель был прав. Но и уйти просто так не могла.

Она повернулась к телохранителю:

- Я могу навестить принца?

Побочного сына Одхана Гелла никогда не видела, но сейчас вспомнила, что незадолго до смерти старый король говорил о нем с ее матерью.

Темный воин взглянул на нее искоса. Вот сейчас Гелле не показалось - его желтовато-зеленые демонские глаза ярко сверкнули.

- Можете, госпожа, - он коротко поклонился. - Королю это, скорее всего, не понравится, но прямого запрета не было.

Гелла ведь понимала, что ее телохранитель берет ответственность на себя, и хотела спросить - ему за это ничего не будет? Но тут в проходе возникла бледная айлида и заторопилась к ним.

***

Боже, как переживала айлида. У нее сердце останавливалось от нервности. Ведь это она привела служанок сводной сестре короля.

Но до этого она доложила обо всем королеве-матери. А как ей было не доложить? Королева управляет гаремом, и ничего не делается без ее ведома. Но и не только. Ведь чтобы перевести служанок, надо поставить в известность еще главного смотрителя, а тот ежедневно докладывает обо всем дворцовому писарю, который относит отчет первому советнику.

Вай-вай, как распорядительнице было страшно.

Потому что обвинят во всем ее.

Король вчера предупредил, что достаточно одной ее ошибки, и вся ее семья будет уничтожена. Престарелые родители, брат, племянники. А она сама лишится места и, может быть, даже жизни. Сейчас она готова была у рыжей самозванки в ногах валяться, лишь бы та не стала валить все на нее.

Но та не выглядела взволнованной или разгневанной.