Эйвери из Тайора

Когда же Эйвери пришла в себя, она оказалась в своей постели, в комнате над мастерской. Девушка терла ушибленный затылок, спускаясь по лестнице, на кухне она нашла Джованни.

– А где Уильям? – спросила Эйвери, окинув взглядом кухоньку.

– Видишь ли...

– Уильям... – воскликнула девушка, вспомнив о том, что случилось вчера. Она взлетела обратно наверх, наскоро расчесалась, умылась, и, даже не позавтракав, схватила свои эскизы и живописные работы и выбежала на улицу.

Джованни наблюдая за ее стремительностью, улыбнулся и лишь покачал головой.

Девушка уверенно шагала по главной улице с изогнутыми фонарными столбами, но когда впереди призывными бликами сверкнули копья рыцарей, охранявших дворцовые ворота, она помедлила. Но, решительно кивнув самой себе, сделала шаг вперед.

– Извините… Мне нужно к королю… Я художник, – девушка немного растерялась, смотря в глаза безразличного к ее речам стражника.

– Ты Эйвери из лавки Джованни Трелло? – подал голос второй.

Девушка кивнула, гадая, откуда ему известно ее имя.

– Тебя ждут, – коротко ответил мужчина с каменным лицом, развернувшись, чтобы проводить девушку до массивных дверей королевского замка.

Девушка неуверенно засеменила следом, озираясь по сторонам. В центре внутреннего двора журчал фонтан, по очертаниям напоминавший раскидистый дуб. Из каждой ветви струилась водяная нить, искрясь в потоке солнечного света. Солемстарский замок был невероятно красив. Но девушке, которая совсем недавно хотела хоть одним глазком взглянуть на дворец, огороженный кованой оградой, теперь было все равно.

Впустив ее в замок, стражник подозвал одного из лакеев, выстроившихся в ряд перед широкой лестницей, устланной персидским ковром багряно-золотых оттенков. Лакей, сказав Эйвери следовать за ним, стал подниматься по лестнице. Девушка осторожно ступала вслед, боясь, что ее изношенные туфли оставят следы грязи на дорогом ковре.

Поднявшись на второй этаж, слуга направился к резным позолоченным дверям, кивнув стоявшим по обе стороны швейцарам, он отступил в сторону, чуть поклонившись.

– Эйвери Тайорская!

Девушка неуверенно шагнула внутрь, теряясь в окружающем ее великолепии. На другом конце залы она увидела трон, стоящий в экседре [Эксе́дра (греч. έξέδρα — место, сидение снаружи) – полукруглая глубокая ниша, обычно завершаемая полукуполом], ярким пятном выделяющийся на фоне величественных колоннад, ярких фресок и картин. На троне восседал мужчина.