Новогодние сказки

И горсть квашеной капусты, которую она прямо руками достала из жбана и плюхнула в не очень чистую миску.

– Ешьте, а то неизвестно, когда это варево готово будет.

– Спасибо, - выдавила Анжела.

Но после того, как она наблюдала процесс перемещения еды до миски, аппетита у нее поубавилось. Да и она, откровенно говоря, опасалась, что завтра с такой едой будет уже не уборку производить, а сидеть в комнате раздумий и думать о своем неосмотрительном решении поесть местной еды.

Вальдемар был менее прихотлив и сейчас жевал капустку в прикуску с хрустевшим от старости куском хлеба.

Анжела решила, что хлеб не может быть совсем плохим, и тоже откусила кусочек, и тут же поняла, что зря. Хлеб горчил и пах плесенью. Тут же в голову пришла мысль о пшеничном вредителе, который может поедающих хлеб из зараженного зерна до галлюцинаций довести. Она это в передаче по ТВ видела несколько лет назад, и постаралась незаметно выплюнуть и кинуть в огонь недожеванный кусок. Вальдемар ел, как в последний раз, как будто боялся, что это его последний прием пищи, и уж лучше такой, чем вообще никакого.

– Ешьте, ешьте, да скоро спать ляжем, - засуетилась тетка.

– А когда похлебка будет готова? - с надеждой спросила девушка.

– Ишь какая хитрая, к завтру утушится, а сейчас ешьте, что есть!

– Спасибо, очень вкусно! - с улыбкой, которую только смогла изобразить на своем лице, ответила девушка.

– Дело хозяйское. Спать вон тама, - указала на кучу какой-то грязной ветоши, лежавшей в углу, кухарка и потеряла к своим собеседникам всякий интерес.

Осмотрев ворох, Вольдемар двинулся туда первым, а за ним уже и Анжела, придерживая свой многострадальный коврик-самолет. Там в углу они вдвоем устроились на коврике, и даже немного уголком прикрылись. Согревшись, они оба тут же уснули.

Попасть в сказку 2

На рассвете их разбудила Снежанна, она растолкала ребят за плечо, удостоверилась, что ее слышат оба, и громко сказала.

– Дина спит, завтрака не будет, пойдемте! - от ее слов почти рядом кто-то завозился и всхрапнул, скорее всего, та самая кухарка, что всю ночь варила свою похлебку, - И шубейку свою странную тут оставь, вернешься к обеду, никуда не денется.

– Хорошо, - нехотя согласилась Анжела, и сложив несчастный коврик в углу, первой пошла за провожатой, за ней шел, потирая глаза, Вальдемар.

Для начала они поднялись из подземелья, через стеклянные стены лился тусклый утренний зимний свет, а с неба падали маленькие снежинки.