Ведьмин подарочек к Новому году

Я привычно отправила руку в карман, где у меня на подобные случаи всегда лежит мелочь, и всунула горсть монет в морщинистую ладошку. И только сделав еще несколько шагов, остановилась.Здесь не может быть нищих! Меня саму еле-еле пропустили. Кипятком прошла дрожь по позвоночнику. Обернулась, вполне справедливо ожидая вопли возмущения и грандиозный скандал от оскорбленной мной особы.

Старушка удивлённо смотрела на деньги. А я на нее.

- Извините. Я не подумав. Рефлекторно, - заискивающе пролепетала я, пытаясь сгладить свой поступок.

- Хотела, - согласилась старушка, с усмешкой перебирая монеты. А я с ужасом уставилась на ее чернильные ногти на руках и клыки, выглядывающие из-под дряблой верхней губы. Черных ведьм уже лет сто как никто не видел. Неужели настоящая? Вот влипла! Нет ничего хуже, чем обиженная ведьма и ее проклятья.

- Чем могу быть полезна? – как можно любезнее поинтересовалась я, но старушка похоже даже не расслышала.

- Хотела, - повторила она, и, подняв на меня веселые глаза, подмигнула, - но так тоже неплохо. Жди подарочек в ответ. В канун Нового года в полночь будет в твоих руках.

- Не надо, - жалобно проблеяла я, но ведьмы уже и след простыл. Остался лишь лёгкий сизый дымок на том месте, где она стояла.

Ма-ма-а-а! Что она сейчас сделала? Прокляла? Сглазила? Порчу навела? Я в панике забегала глазами по просторному помещению вокзала, не зная, что делать и куда бежать.

Обретя точку опоры в виде собственного седалища, я уставилась на неспешно уходящую от меня спину. Широкую такую, мускулистую, затянутую в дорогущее кожаное пальто. Мужчина просто огромных размеров важно шествовал, словно ледокол, среди расступающейся перед ним толпы, даже внимания не обратив, что сшиб мелкую меня.

Видно, это была последняя капля моего терпения. Иным образом объяснить произошедшее я просто не в силах.

Раздался характерный чмок от встречи рюкзачка и черноволосого затылка. Мужчина от неожиданного удара пробежал несколько шагов вперед и уткнулся носом в хилый бюст землистого цвета, старательно выставляемый из распахнутой шубки, тощей гоблинши.