Мой Пилигрим

В Гриме человечного сегодня было гораздо больше, чем в предыдущие две встречи. Впервые он предстал передо мной так четко, днем. Рассеянный свет, а не резкий, и теней на лице поэтому меньше. Я не чувствовала никаких эмоциональных отдач, он был не так темен и зловещ, хоть по-прежнему обаятельно некрасив. Да, немолодой мужчина. Но еще что-то юношеское сохранилось – из-за тонкости черт, из-за больших глаз и гладкости кожи. Грим был ухожен – побрит, волосы чистые, одежда смотрелась свежей, не затерты и не серы даже те светлые полосочки во всем темном комплекте – выглядывающие манжеты рубашки и воротничок.

Эстет и чистюля!

— Я столкнулась в Сумеречном со Слугой – он или она, черная жижа, которая умеет подделываться под людей. Если знаешь, расскажи о Слугах больше, чтобы я была подготовленней и знала, чего ждать.

— Ветер своевольный. И если у него вдруг капризное настроение, он не слушает ни приказов, ни просьб.

— Ты это к чему?

— К тому, что он принес не один призыв, но забросил меня туда, куда счел нужнее, и к тебе улетел сам.

Я не хотел оставлять тебя одну, только… успеть везде невозможно. Слуг четверо, а нас трое, и вчера из-за этого погиб человек в Казематном.

— Поправочка – теперь и нас четверо… Грим, почему всего плохого стало так много? И Слуги обнаглели, что почти не скрываются, и добыча каждому нужна уже каждый день? Да еще год назад о чем-то подобном можно было услышать… не знаю, раз в три месяца, и смерть была – редкость.

— Я не знаю, Тио.

— Все приписывают тебе. Весь ужас и жертвы – дело рук Безымянного, люди как помешались на этой теории и не сомневаются, считают доказанным фактом.

Грим зло дернул – и верхней губой и тонкими ноздрями, а ответил не столько со злостью, сколько с раздражением:

— Пусть говорят, что хотят. Я их любви не ищу.

— Но при этом ты их спасаешь…

Нет! Ни одна сплетница со своим ядовитым языком не смогла бы ни слова больше выдавить из себя, если бы видела Грима! У него в глазах отразилась вина, он качнул головой и тихо добавил:

— Не всех.

Дрянь и Тень Слуги такого рода, что их почти невозможно схватить за руку. Они действуют незаметно, бьют по разуму быстро, и жертва, если сдается, погибает сразу. Я часто нахожу лишь трупы – отравленные или в петле. Изверг и Живодерка – и тех упустил дважды, из-за чего погибла женщина, а над девушкой успели надругаться двое обращенных в свиту. — Он помолчал.