Мой Пилигрим

Сапоги мне так понравились, что я, не смотря на цену, решила их заполучить и договориться с хозяином мастерской. Будет через два часа? Вполне себе окно, за которое можно обернуться.

Да… сказать, что со мной каждый охотно разговорился, это прям мечтать-мечтать. Да и людей, не смотря на воскресный день, во двор выбралось мало. Ноябрьская погода тусклая, сырая, и неизвестно еще что лучше – пялиться в стену в квартире, или мерзнуть на улице и смотреть на спиленные деревья и серый кирпич пятиэтажек? Двое мужчин на одной из лавочек пили из банок белесую сыворотку и играли в магнитные шахматы.

И когда я к ним подошла с вопросом, фыркнули и буркнули: «не к нам», а у одного аж лицо перекривилось и шею свело – так ему не хотелось прямого взгляда. Молодой человек у подъездной двери чистил куртку, готовил одежду на зиму, и тоже отмахнулся.

Единственная, кто ответила, пусть и с неохотой, - пожилая женщина на лавке у детской площадки. Она читала книгу, и не очень обрадовалась, что ее отвлекли, но потом посмотрела на косы:

— Богатые волосы.

Не стриги.

Деда на самом деле знал без преувеличения весь район. Старик всегда был на позитиве, неунывающий, юморной и очень энергичный. Солнце, а не человек. Умудриться еще – жить в таком городе как наш и улыбаться!

— Так какого ляда в петлю полез? Одиночество достало?

— Да он им наслаждался! Как жена-ведьма под трамвай попала лет десять назад, так он и расцвел. Женихаться стал к каждой юбке, что к молодым, что к таким как я, — улыбнулась женщина, — но в шутку.

Ухаживал, подарки от души дарил, а всерьез не связывался. Деду нравилось других счастливыми делать, вот он и сыпал комплиментами и восхищениями, а мужиков анекдотами развлекал да по всяким делам помогал, если грамотные руки нужны. Не сам он… не верю.

— А что служба порядка?

— Самоубийство. А то, что не сам, так это я не на преступника намекаю, а о тьме говорю. За последние месяцы уже самый дурак усвоил – Слуги так обнаглели, так откормились, что, если у нас тут выйдешь в темное время, домой вряд ли вернешься – сожрут.

— Ну, прямо сожрут?

— А в Трущобном – не слышала? С женщины собаки скальп сняли, лицо и пальцы обгрызли… да и ты чего спрашиваешь, если саму живьем обглодали. На травму не похоже – явно зверь драл.

— Угадали… — Хмыкнула. — И не страшно тут жить?

— Нет. Я помню светлые дни, и верю, что на Безымянного найдется сила. Удавят Колдуна, и Слугам его конец. Подождать только чуть-чуть.