Мой Пилигрим

Глава 32 Вечер

Заронил все-таки этот негодяй в мое сердце… не сомнение, а осадок. Надышал перегаром, наговорил гадостей, меня запачкал. Чуть-чуть с налетом. Медичка Мишу увезла, мы с Мари на работу опоздали, но ни Агни, ни Ваниль – ни слова упрека не пикнули, даже за то, что куртку начальнику вернула не в лучшем виде. Агни старательно пряталась и передавала задания через других, но даже новенькой замечания не прилетело. Что, взяла под крыло, теперь ее боятся ругать из-за этого? Так, любопытно на миг, но по большому счету – какая разница? Плевала я на все, что обо мне думает коллектив, владелец и наша великая кормчая.

И поважнее вопросы есть. Например – чего ветер тянет и не тащит меня к следующей рукописи? Еще не время? А кто решает? Она уничтожена, и начальный фрагмент это все, что в наличие? Не верю!

В глюки Миши – тоже не верю! Только от алкогольной горячки может демон привидеться!

Напиться что ли… и стало нехорошо при мысли, что, подойдя к развалинам Замка в таком состоянии, я увижу нечто ужасное.

А из дома выйдет окровавленный рыцарь в белом и окровавленный монстр в черном – мои новые и загадочные друзья Аурум и Грим.

Я сама себе сказала вслух:

— Ну, да, конечно. И у обоих мечи в руках и чьи-нибудь отрубленные головы.

— Тио, расскажи, ты куда? Жених появился?

— Не твое дело.

Я точно решила, что по вечерам буду добираться с Мари до дома и переходить к Безымянному через чердак, а по утрам пусть едет на работу сама. Еще темно, но все-таки безопаснее. В конце концов, она из Казематного раньше добиралась, и пронесло.

А я – не нянька.

В квартире, пока Мари забрала Пана и пошла с ним гулять, я закинула в стирку пальто, юбку, отмыла и отчистила с мылом новенькие сапоги. Сходила на чердак к коту, заодно проверив слуховое окно. Один раз открыла – город, второй раз – полутемная комната с двумя плошками света на столе. Жутко! И обалденно!

— Привет, Рыжун! Ты мой бродяга, мой красавец!

Взяла любимчика на руки. Пан – пес хороший, но я кошатница, и сердцем прикипаю к котам а не собакам.

Что поделать. Мари восполнит все пробелы моей нелюбви, она Пана вчера тискала, гладила, за уши трепала и прямо со стола давала кусочки мяса, не в силах выдержать выразительных глаз.

— Ты ж мой котяра, мой маленький ручной тигр.

Рыжун боднул меня головой под подбородок, потерся, замурчал и я его долго начесывала за ухом, мерзавца. Вечно вытребует ласки, даже есть не бежит.

— В квартиру пойдешь? А, может, туда?

И кивнула, подразумевая дом в парке.