Сирин всегда права!

Мнение людей вообще вещь переменчивая.

Странное движение в кустах привлекает мое внимание, но я не успеваю проверить это место своим магическим зрением, потому что статуя, точнее Марк, наконец заговаривает:

— Рин, ты бы правда оставила меня ради Андрея и начала помогать ему? — спрашивает он с таким трагическим лицом, словно его собственная мать предала. Все-таки обиделся.

— Конечно, нет, — отвечаю честно.

— Уверена? Я бы тебя не осуждал, Андрей привлекательный, общительный и очаровательный. Это заметно невооруженным глазом.

Тем более, кому как не мне знать о его положительных качествах, мы ведь лучшие друзья.

— Ну и что, ты тоже привлекательный и очаровательный, — кажется, мои зоркие глаза различают в темноте румянец на его щеках. Все же умеет краснеть? Или это обман моего нечеловеческого зрения?— В общительности тебя обвинить не получиться, но не моя работа — оценивать твой характер. Меня касается только то, что с Алиной ты меняешься и ведешь себя открыто. Отношения с остальными людьми — твоя личная забота.

Только груби мне поменьше, — тычу ему локтем в бок.

— А почему нет? Вы с ним два сапога пара. Честно говоря, пока не увидел вас бок о бок, даже не задумывался о том, как вы похожи, — усмехается Марк, поправляя очки.

Он сворачивает с главной аллеи вправо, на пустую тропинку. Так ближе домой, или он хочет сбежать от людей? Представляю в голове карту и понимаю, что все же дело в том, что домой ведет именно эта дорога.

— Ты хочешь услышать честный ответ или ответ, который тебя порадует? — рассеянно пинаю камешки под ногами.

За этой тропинкой явно следят меньше. Хотя бы света достаточно. Не то чтобы отсутствие света — проблема для меня.

— Честный, я бы предпочел, чтобы ты всегда разговаривала со мной честно.

— Тогда не обижайся. Дело в том, что в конечном остатке, я все же птица боли, Сирин. В тебе меня привлекла твоя боль, твоя история боли. И, хотя ты мне нравишься как человек, в первую очередь я все еще заинтересована именно в этом.

У Андрея же ничего из этого нет. Да, у нас схожие характеры, но у Андрея настолько счастливая и беззаботная жизнь, что для меня он бесполезен, каким бы очаровательным не был.

— Ты больше по байроновским героям?

— Считаешь себя таковым? Интересная оценка. Но меня интересуют не байроновские герои, меня не волнует романтизация чего-либо. Я не романтизирую твои проблемы, хотя выглядишь ты так, словно вышел из его стихов, тут не поспорить.