Сирин всегда права!

— Если ты не отпустишь меня, я никуда не смогу уйти, — отмечаю полушутя.

— Верно, — реагирует Марк моментально, убирая с меня свои руки, — прости.

Прямо с места забираюсь на кровать и плюхаюсь на подушки. Ночная рутина немного возвращается к привычному расписанию. Правда, кровать не моя, но это все детали. Марк наблюдает за мной с края кровати, обернувшись через плечо. Хлопаю по покрывалам слева от меня, приглашая его тоже прилечь. Так будет честно, спальня же его.

— Мне все еще хочется выколоть себе глаза при взгляде на твою пижаму, — комментирует он, после чего поднимается, обходит кровать и правда ложится напротив меня.

— А я все еще выгляжу в ней чертовски мило и очаровательно, — надеваю на голову капюшон с ушками, подтверждая свои слова. Марк же фыркает, как лисичка, и закатывает глаза. Видимо у нашего ценителя спокойных тонов аллергия на цвет. Странно, что еще не заставил меня избавиться от фиолетового в волосах. — Кажется, твоя кровать мягче моей, это несправедливо, — жалуюсь и накрываюсь черным одеялом.

— Никто не лежал в этой кровати до тебя, так что комментарии по этому поводу не поступали, — пожимает плечами Марк, пока возится с пультом управления подсветкой. Свет позади меня сменяется с холодного белого на синий.

— Ни за что не поверю, что Андрей никогда не ложился в твою кровать, — от Алины такое ожидать было странно, зато для его лучшего друга границы личного пространства отсутствуют как факт. Собственно, как и у меня, поэтому мы такая идеальная пара.

— Ах, Андрей, — красноречиво тянет Марк, забираясь под одеяло, — ему приходилось спать здесь, но он был настолько пьян, что вряд ли помнит хоть что-то, не говоря уже о том, насколько мягкой была кровать.

Меня разбирает смех, но я стараюсь сохранить серьезность. У нас осталось еще много важных вопросов и новых проблем.

— Так, о чем поболтаем? — спрашиваю и ложусь на бок, лицом к Марку. Хотя света очень мало, соколиное зрение позволяет разглядеть его красные глаза, усталое выражение лица и слегка трясущиеся пальцы.

— Очень смешно, — отвечает Марк уныло, — лучше вернемся к теме, которую мы обсуждали прежде, чем мы поссорились и пришла моя мать. Ты говорила про ревность Алины.

— Да-да, конечно. Скажем так, ей не слишком понравились разговоры обо мне, думаю, ты сам об этом догадался. Надо как можно быстрее показать ей, что мы друг в друге не заинтересованы.