Сирин всегда права!

Его пальцы задерживаются на ее коже на несколько секунд, прежде чем отстраниться.

Мне начинается казаться, что единственная помощь, которая требуется этим двоим — заклинание правды, чтобы они искренне поговорили. Но это было бы слишком просто. К тому же мне запрещено влиять на людей напрямую, все решения должны исходить исключительно от них самих. Правила, правила, правила, как хороша была бы жизнь без них.

— Не угадал, — отвечает Алина слегка дрожащим голосом, однако любые следы неуверенности быстро исчезают.

— Думала я о совсем другом, но теперь захотелось хлопковый чизкейк. Ты не читаешь мысли, ты их внушаешь.

— Эта способность будет полезнее, намного сподручнее заставлять людей делать то, что хочешь ты, а не узнавать, чего хотят они.

— Говоришь как настоящий злодей из книжек, — смеется Алина.

— Какая милая птичка, — раздается рядом, по мою сторону стекла, из-за чего приходится отвлечься от разговора внутри. Поднимаю голову и вижу бабушку, с седыми заплетенными в косу волосами и добрым морщинистым лицом.

Она возвышается надо мной с улыбкой. — И окраска такая необычная, — подмечает женщина, рассматривая меня, и я специально поворачиваюсь, показываясь ей со всех сторон. — Держи, такая прелесть, ты наверняка голодная, — из старческой руки на узкий подоконник высыпаются хлебные крошки, после чего женщина продолжает неспешно идти по своим делам.

Склевываю несколько крошек, притворяясь, что это замена попкорна при просмотре фильма. Тем более бесплатная еда. Да и принципов у меня не так много.

Марк и Алина же погружаются в чтение, но погружение оказывается не слишком глубоким. Временами один из них отрывается от страницы, чтобы бросить короткий взгляд на своего соседа, а потом то же самое проделывает второй. Между нами разливает комфорт, удобство, которое проявляется только тогда, когда люди близко знакомы. Им нет необходимости говорить, чтобы оставаться вместе или наслаждаться компанией друг друга. Полагаю, единственные, с кем я могу разделить подобный комфорт — мои сестры, но в последнее время Марк тоже пробивает себе путь в их ряды, хотя сам он наверняка не заинтересован в подобном повышении.

Проходит достаточно много времени, гора еды исчезает, они заказываю еще по чашке кофе и чая. Перевернув очередную страницу, Алина почему-то откладывает книгу и поворачивается к Марку, который увлечен своим учебником. Она ставит локоть на стол и кладет подбородок на ладонь, изучая глазами его профиль.