Сирин всегда права!

— Твое отсутствие поставило баланс энергии в мире под угрозу.

— Сомневаюсь, что кто-то сильно пострадал от переизбытка счастья в мире, правда, Али? — обращаюсь к ней в поисках поддержки. Но печальное выражение лица Алконост четко дает понять, что поддержки у нее я не найду.

— Прости, но миры могут существовать только тогда, когда в них царит гармония. Негативная энергия неприятна, но без нее все рушится. Если ты не контролируешь негативную энергию, она вырывается неконтролируемыми вспышками. Навь берет свое, если ее не подавляет Правь.

Разумеется, мне это известно. Я объясняла то же самое Марку, когда на него напала кикимора. Тогда я соврала ему, сказав, что не в моих силах контролировать нечисть и негативную энергию.

— Я больше не хочу приносить людям боль, — вырывается из меня хрипло. — Я устала приносить страдания.

— Ты же понимаешь, что некоторые люди заслуживают боль и несчастья, которые ты на них обрушиваешь? — привлекает к себе внимание Гамаюн. — Убийцы должны страдать, воры должны осознавать свои ошибки, те, кто причиняет боль любимым, заслуживают почувствовать то же самое, — последний пример бьет в самую цель.

— Не все люди в его списке заслуживают боли, — качаю головой. — Сейчас я хотя бы могу решать, кому помогать, а кого наказывать. Ирия же мое мнение не интересует, их список — абсолют.

— Рин, мы же занимаемся не какими-то мелочами, — произносит Али то, что я ожидала бы услышать от Гамаюн. — Мы ответственны за существования Яви, — она обводит рукой вокруг. — Если каждая из нас начнет делать то, что нам нравится, мир рухнет из-за хаоса. Ты взяла время, чтобы отдохнуть, я это понимаю, мне жаль, что мы не заметили, что тебе было так тяжело, но пришло время вернуться.

— Раз вы так настаиваете на моем возвращении, в случае отказа вы сдадите меня отцу? — задаю вопрос, который вертелся у меня в голове с самого появления Гамаюн на моей крыше.

— Пока нет, все зависит от твоего поведения, — говорит Алконост с улыбкой и пожимает плечами.

— Тогда у меня нет никаких шансов, — стону обреченно, откидываясь на спинку стула.

— Поэтому в твоих же интересах хотя бы частично вернуться к своим обязанностям, — подмечает Гамаюн, и я кривлюсь от одной мысли об этом. Мне пока хватает забот с Марком.

— Кстати, тебя не было много десятилетий.