Лети, перышко!

— Еще шутки шутить будете? Вторую стрелу не в бревно пущу, а прямо промеж глаз! — рявкнул один из всадников, отвечая, видно, поселянам.

— Нет здесь больше никого. Берите, что надобно, и ступайте с миром, — тихо и медленно проговорил старик, стоявший впереди всех, с вышитой тесьмой вокруг седой головы.

— Ах ты, лесной пень!

Всадник замахнулся было копьем, как вдруг ели за хижинами всколыхнулись, и вперед выбежала молодая русоволосая девушка, на ходу вскидывая луки прилаживая стрелу. Она тяжело дышала, точно бежала изо всех сил.

— Тронешь его — и не успеешь даже пожалеть, что родился на свет, — выкрикнула девушка. Голос ее звенел от ярости, как натянутая тетива.

Всадник расхохотался.

— Допустим. Только потом от всего этого сброда даже косточек не соберут, а ты — ты на это любоваться будешь, уж мои люди проследят, поверь мне. Ну так что, пойдет тебе такая цена или еще поторгуемся?

Старик шептал что-то — может, молился.

Всадник уже готов был отдать какой-то приказ, как вдруг золотистое перо пролетело через головы людей и опустилось у ног девушки. Тотчас на тропе показались десять воинов на ярунских конях.

Головы нападавших разом повернулись. Старик с вышитой повязкой мигом подобрался к девушке и отчаянно что-то зашептал, кивая на лес, но та осталась стоять на месте, как была — с поднятым луком.

Стожар вышел вперед.

— Что вам нужно от этих людей? — властно спросил он у всадников.

По кругу пронесся тихий недоуменный шепоток: «ярунский князь». Было чему удивляться: люди из Яруни редко когда появлялись в других местах, предпочитая принимать гостей — если принимать вообще — у себя дома. А уж чтобы они разъезжали не по морю, а по лесам — и вовсе небывалый случай! И не кто-нибудь, а сам князь!

Однако главарь нападавших быстро принял решение. Князь там или не князь, а людей у него вдвое меньше, да и бросать лакомый кусок не хотелось: разбегутся, потом сыщи их всех опять да застань врасплох…

— Что нужно — это наше дело, тебя не касается.

— В ваших? — насмешливо переспросил князь. — Вот это — ваши земли? Может, и огород — ваш? Или вы из тех, что промышляют разбоем и называют своим украденное и отобранное в неравном бою?

Стожар был прав.