Опустела без тебя земля

Директор стоял в проходе и смотрел на нее со странным выражением, как будто и не сердился вовсе, а жалел ее.

- Вот что, - сказал он, потирая висок. - Витя Ёлкин, давай-ка ты тоже иди с нами.

У Леси немного отлегло от сердца - может тогда ее не будут стыдить за что-то неизвестное, да и за что бы там директор ни собирался ее отругать, с Витькой рядом будет легче.

В кабинете Василий Иванович, смущаясь и протирая очки, сообщил Лесе, что в школу позвонили из милиции. Что с ее отцом на охоте произошел несчастный случай.

Что тело в городском морге, Лесина мама его уже опознала, и сейчас ее следователи везут домой. И что она очень просила, чтобы и Леся вернулась как можно скорее. Витя ее проводит, правда, Витя? И завтра в школу можно не приходить.

В коридоре они долго ждали гардеробщицу, чтобы она отомкнула решетку на раздевалке и выдала им их шубы и шапки. Оба молчали. У Леси было ощущение, что она вот-вот проснется, что реальность ненастоящая, что сейчас она изменится, отмотается обратно, как кинопленка. Витя держал ее за локоть и она видела, что глаза у него светло-серые, с темным ободком по краю.

Всегда с тех пор, когда она думала о смерти отца - и о смерти вообще - она чувствовала запах крови и мандаринов.

Тело забрали из морга на третий день. Гроб поставили на стол в большой комнате, папа лежал в нем, неподвижный и строгий, с заострившимися чертами, с голубоватой кожей век на закрытых глазах. Он был совершенно как живой, но при этом совершенно явно неживой. Это противоречие разламывало Лесину голову изнутри, она перестала спать, просто лежала ночами рядом с мамой в маленькой комнате, под тремя одеялами, потому что окна были все время открыты - для покойника - и квартира выстудилась.

Папа был в том же сером костюме, в котором женился на маме. Он на нем давно уже не застегивался, но после вскрытия застегнулся, мама со слезами рассказывала об этом тете Шуре, и стонала, закрывая лицо руками. Тетя Шура сняла с книжки и одолжила маме денег на похороны - пришлось приплатить могильщикам, земля промерзла глубоко.

Тетя Шура гладила маму по голове и наливала ей и себе водки, они сидели на кухне, закутанные в пуховые платки и пили, не чокаясь.

Витя пришел с родителями и с дядей Анатолием. Они принесли большой букет белых роз, холодец и бутыль самогона. Витины папа и дядя смотрели на гроб с одинаковым внимательным прищуром на одинаковых лицах, как будто видели там что-то, чего остальные не замечали.

- Ты как, Наташенька? - спросил маму дядя Толя.