Случайный фамильяр, или Выйти замуж за дракона

Поэтому хотелось побыстрее закончить работу, закрыть аптеку и рвануть на свидание. У меня от предвкушения вспотели ладони, и все тело охватила приятная дрожь.

А тут этот. Высокий, худой, в клетчатой кепке на лысой голове, кстати, не снял головной убор в помещении. Я, конечно, привыкла уже, что не все мужчины оголяют головы, когда в аптеку заходят, особенно молодежь, но вот этот мне запомнился.

Вроде бы одежда как одежда: брюки, зеленая рубашка с темными полосками, но такое чувство, что не его одежда, словно попросил поносить.

И стоял переминался, будто ему туфли жмут. Брендовые, между прочим, туфли.

Лицо обычное, у основания крючковатого носа только маленький еле заметный бугорок, то ли родинка, то ли бородавка. Я бы его Бабой-Ягой назвала, очень был похож, только он мужчина, поэтому Баб-Яг. Хе-хе!

Покупатель воспитанный, кивком поздоровался, мельком на бейджик мой взглянул, но по глазам поняла, что прочитал и кивнул, словно с именем моим согласился. Типа, идет оно мне.

На предложение о помощи отмахнулся, обсмотрел все аптечные полки, стоял возле каждой минуты по три.

Губы шевелились, будто книжку в автобусе читает. Странный.

Так долго рассматривал полку с зубными пастами, словно на каждый зуб особенную выбирал, я устала стоять рядом в ожидании. У меня уже и ладони высохли и дрожь прошла.

“Мужчина, пожалуйста, быстрее”, — мысленно подгоняла я его.

Аптеку пора уже было закрывать, мой рабочий день закончился, а этот все не уходил. А потом попросил шампунь от перхоти.

Пальцем показал на пузырек в витрине. А сам лысый!

Капец, я разозлилась. Нафига козе баян, спрашивается?

А он, к тому же, положил на прилавок незнакомую монету. Молча. И посмотрел так пронзительно, что у меня мурахи под халатом зашевелились и уши онемели, но не язык.

— Простите, такие монеты не принимаем, картой оплатить не желаете? — вежливо предложила ему я.

В душе, конечно, у меня огонь бушевал, аптеку могло сжечь и этого, странного. А я ему мило улыбалась и предлагала альтернативные способы оплаты.

Потому что клиент всегда прав. Так наше высокое начальство всегда при проверках говорило. А еще камеры в углу фиксировали происходящее, а премии мне лишаться не хотелось.

Да я в тот момент готова была заплатить эти сто восемьдесят три рубля из собственного кошелька, только бы он побыстрее свалил, и я рванула на свидание.

А он ни слова не сказал, только улыбнулся и монету положил в монетницу. А сам пошел на выход.