Мой истинный - отступник

— Впервые вижу, как питомец Джейкоба показывает свою магию кому-то, кроме хозяина, — тихо проговорила королева, в ее голосе чувствовалось искреннее удивление.

— Моя королева!

Я вскочила и неуклюже присела, от страха я не смогла выполнить реверанс правильно.

— Простите! Я не замышляла ничего дурного… Я… просто…

Что я могла сказать в свое оправдание? Что мне очень захотелось посмотреть воочию на то, как зверек владеет магией? Что я втайне мечтала, что мне станет немного понятнее моя собственная суть?

Я подняла глаза на ту, от жесткого взгляда которой начинали трястись колени даже у самых отважных.

Элири Морар была у власти более тридцати лет, она держала в кулаке всех, кто дал ей присягу, те, кто не сделал это по доброй воле, склонили головы позже. С ее приходом во всем королевстве более не осталось свободных родов, все или поклялись в верности королеве или погибли, отстаивая свою свободу.

— Джейкоб! — неожиданно выдала королева. — Забирай свою потерю!

Из кустов плавно отделилась тень, перед вусмерть испуганной мной предстал гроза всех неупокоенных.

Он, не обращая на меня никакого внимания, поднял руку. Фезир, напоследок оглянувшись на меня и издав на прощание странный тренькающий звук, тут же полетел к хозяину.

— Прогуляемся?

Я кивнула на странное предложение королевы и встала подле ее левой руки. Мы медленно пошли, с каждым шагом все более отдаляясь от замка.

— Марлена Мортон, — она остановилась спустя десять минут, все это время мы шли молча, я не смела начинать беседу. — Ты при дворе вот уже два года. Кажется, завтра тебе исполнится восемнадцать.

— Да, моя королева.

— Ты последняя из рода Мортонов, — она взяла мою левую руку в свою, внимательно осмотрела запястье. — Странно, что у тебя до сих пор не проявилась печать Старшей рода.

Королева ждала моего ответа, а у меня от страха, что раскроется тайна, затряслись поджилки.

— Возможно, потому что я вдалеке от своего родового замка, — прохрипела я.

— Какой из замков ты считаешь родовым, Марлена? — она испытующе посмотрела на меня.

— Тот, в котором до сих сохранился склеп с десятками поколений Мортонов, — я осмелела и продолжила, — Тот, что считался нашим в последний век, разрушен до основания, прах моих родных развеян над пожарищем, полыхавшим несколько дней и ночей.