Фанатка

Я не сомневалась, что выгляжу уверенной, но внутри все похолодело. Закравшееся подозрение о том, что случилось, едва позволяло удерживать маску безразличия.

— Как ты? — спросил он.

— Всё в порядке.

— Ты ведь всегда была мастер-магом, верно?

Я молчала — все было очевидно.

— Ясно, — верно расценив моё молчание, кивнул Максим. — Ты была права, когда не стала обсуждать с нами свою месть. Мы бы никогда на такое не согласились! — Огонь плескался в чаше его сознания: парень был откровенно расстроен, растерян, рассержен.

— И ты совершенно точно знала, что мы обо всём догадаемся, когда увидим.

Я смотрела на Максима в ожидании.

— Ты думала, мы будем молчать?

Я уже поняла, что услышу дальше и приготовилась.

Нет, я не думала, что они промолчат. Филипп был им другом и они уберегли его от беды, когда согласились не раскрывать правду в первый раз. Но теперь, в их глазах, я была ещё большей бедой — я была опасной для жизни. И они должны были рассказать об этом другу, чтобы снова уберечь.

— Мы всё рассказали Филиппу, — произнёс он, меряя меня взглядом.

Я не выказала чувств и ничего не ответила; мои подозрения подтвердились.

— Что сказал Филипп? — в горле пересохло от сжимавшего внутренности волнения.

Максим недолго прожигал меня взглядом.

— Сказал, что мы — предатели. А ты больная, если пошла на такое. Вот и всё, что он сказал.

Он наклонился вперёд, оперевшись локтями на колени, сложил ладони одна в другую. Его курчавые волосы упали на лицо, скрывая черты.

Мы немного помолчали.

— До сих пор не верю, что ты это сделала.

Он поднял на меня взгляд.

— Почему? — он сглотнул. — Почему было просто не выиграть? Ты бы унизила его. Или, может быть, перепалила бы ублюдка где-нибудь вдали от академии, чтобы никто не узнал? Разве этого было бы недостаточно?

Я медленно выдохнула.

— Он бы не отстал от Филиппа.

— Откуда тебе знать? — мои слова воспринимались в штыки.

— Его огонь — Пожиратель.

Мне не нужно было объяснять магу огня, что это означало.

— Но отвечая на твой вопрос: да — недостаточно.

Максим долго смотрел в мои глаза.

— Ты действительно ненормальная, — пробубнил он и поднялся.