Иридий. Про них шептался космос

Думаю, вам нужна минутка, чтобы немного успокоиться».

Я согласно киваю и встаю на свое место.

Нет, тут дело не в минутке, а в самом имитаторе. Я слышу его, я ощущаю его приближение и, что самое главное, его намерение.

Однако обижать мужчину, выбранного на роль имитатора, не хочется.

«Окс, вы готовы?»

— Ага, — немного легкомысленно отвечаю я, вновь рассматривая потерянную обувку, а затем опускаю голову.

Вместо туфелек мне выдали какие-то непонятные домашние тапки. Мягкие, удобные и абсолютно неказистые.

В таких не то что дома стыдно ходить, такие даже в руки будешь брать с опаской, что тебя застукает кто-то из знакомых, — а я разгуливаю в подобном кошмаре рядом со своей работой.

Резкая неожиданная атака — я едва успеваю повернуться, чтобы заметить бело-голубую форму, как нападающий весьма ловко прижимает меня к себе и пережимает мое горло.

Я сдавленно вскрикиваю, чувствуя, как становится трудно дышать, и цепляюсь за чужую руку.

«Окс, вы в порядке? Хотите остановить эксперимент?»

В отличие от прошлых попыток, мужчина не выпускает меня из захвата, что наталкивает на определенные подозрения.

— Капитан Тиван? — тихонько шепчу я.

— Мне показалось, что вам нужна помощь, — звучит его голос рядом с моим ухом. — И, раз вы утверждаете, что видели форму, для большей правдоподобности эксперимента нападать на вас должен военный.

«Окс, если вы против капитана Тивана, мы заменим его», — тут же предлагает Шара.

Я делаю глубокий вдох, стараясь сосредоточиться на своих ощущениях.

— Капитан Тиван, поменяйте, пожалуйста, руку, — негромко прошу я. — Нападавший держал меня правой, а левой натягивал мешок на голову.

Рука, сжимающая мое горло в жестком захвате, тут же сменяется другой, а следом на мою голову ловко нахлобучивают черный мешок.

— Теперь все так? — насмешливо интересуется капитан.

Придушенная, малость дезориентированная из-за наступившей темноты, я цепляюсь за его локоть в отчаянной попытке выбраться.

Ногти проскальзывают по толстой ткани формы, и, кажется, так же было и в прошлый раз. И пусть я знаю, что все это понарошку, волна неконтролируемой паники и адреналина выплескивается в кровь, а сердце учащает свой ритм.

«Окс, мы можем остановиться», — напоминает Шара.