Сладкие цепи для Ястреба

Все, кроме Кефара, который освободился от рабского ошейника еще при моих родителях, получили от меня вольные. Все сами выбрали возможность остаться со мной. А кое-кто еще и жизнью мне был обязан.

Как могла среди них затесаться крыса?

Мне не хотелось думать о том, что кто-то из близких, почти родных людей меня предал. Легче представить, что один из них слишком беспечен и сболтнул лишнего при гостях. Только вот и гостей в доме за последние дни я не припоминала.

Я посмотрела на сжатый в ладони платок и на обод с золотыми нитями.

Такой могли иметь только мужчины – главы семей. И вдовы, у которых не осталось близких родственников-мужчин. Это был настолько редкий случай, что женщин вроде меня – с правом ношения обода, золотой цепи и мужской приставки «ун-» к имени – в Хелгайе еще пришлось бы днем с огнем поискать.

Иртуласское общество было закоснелым в этом отношении. Неужели кого-то так покоробила моя самостоятельность, что стало не зазорно замарать руки кровью?

Ладонь с платком и ободом тяжело опустилась.

Я на несколько мгновений закрыла веки.

Можно убедить себя, что дело в беспечности слуг и никто из них не хотел мне вреда, но это будет глупо и самоубийственно. Отныне единственный, на кого можно положиться, – это час назад купленный раб, нахал, который считает себя красавчиком и сходу предложил с ним переспать. Смешно.

О, Богиня-мать, на что я только надеюсь?

– Подготовьте мне ванну в моих покоях, – приказала я застывшим рядом слугам и мотнула головой в ту сторону, где исчез Ястреб.

– А этого приведете ко мне только после того, как я буду готова.

Глава 3

В кабинет я пришла посвежевшая и отдохнувшая, хотя времени миновало совсем немного. Просто было приятно смыть с себя пот и пыль пустыни, которая окружала Хелгайю. Настроение снова улучшилось, и на предстоящий разговор с рабом я уже смотрела не так пессимистично.

Хотя мысль позвать Кефара, чтобы он своим присутствием придал беседе веса, все же проскочила. Я ее сразу отмела.

Мало я, что ли, старалась ради того, чтобы закрепить свою самостоятельность? Если во всем полагаться на управляющего только потому, что он мужчина, тогда следовало сразу принять предложение ун-Фатиха и не страдать весь последний год.

В дверь постучали. Я выпрямилась, придала себе деловой вид и строгим голосом ответила:

– Входите.

Кефар сам привел ко мне Ястреба. Уж не знаю, делал ли он рабу какое-то внушение по дороге, но тот почему-то опять усмехался, а управляющий, наоборот, сердито поджимал губы.