Лилиан желает удачи

— Я, Мария, принимаю дар от моей великодушной Небесной матушки Лиру. Благодарю за сие великодушное благословение. В общем, придумай что-нибудь. Главное, чтобы звучала фраза «я принимаю дар».

Я принимаю деловой вид и киваю, мол всё поняла. Беатрис закатывает глаза, но ничего не говорит. Большое спасибо за это. Больше упреков в свой адрес слушать не хочу.

Продолжаем идти вперед, а я всё смотрю вокруг. Как же тут красиво! Вокруг много зелени, всё цветет и благоухает. Летают пестрые бабочки таких цветов, каких на Земле вообще не существует.

— Ой, а вот и главный храм!

От её восклика моя бабочка ойкает и улетает. Бабочка ойкнула! Я точно слышала это «ой». Надеюсь, я не схожу с ума... Надо будет чуть позже спросить у кого-нибудь, а пока я оматриваю классическое здание с мраморными колоннами и цветными витражными окнами, не вписывающимися в атмосферу.

— Да, пришли, — вздыхает Беатрис, — но нам надо свернуть направо.

Девушка ведет нас в небольшой каменный домик, по цвету и стилю похожий на храм. И едва дверь открылась, и мы вошли внутрь, куча девушек облепила меня со всех сторон.

— О, небесная матушка! — начинает причитать наставница. — Девочки! А ну-ка вышли отсюда. Только останься ты, — она показывает пальчиком на одну из девиц, — ты, — на вторую, — и ты, — и на третью.

Остальные дамы послушно удаляются в другие места: часть — на улицу, другая половина — в соседнюю комнату. И сразу так много места образовалось. Это был небольшой коридорчик со скудным интерьером. Никакого декора, печальная картина.

— Трисси, что тут происходит? — слышу голос и через пару секунд появляется его обладательница — женщина средних лет.

— Ох, госпожа Доротея, — отзывается моя наставница, — это наш будущий Оракул.

Женщина смягчает взгляд и добродушно улыбается, обратившись ко мне:

— Здравствуй, милая душа.

Я в ответ здороваюсь и делаю небольшой поклон.

— Это главная жрица нашего храма, — говорит Беатрис, — леди Доротея.

Так, стоп. Я запуталась, и поэтому спрашиваю напрямую:

— А разве не я буду главной жрицей, ничего не понимаю.

Я вижу, как после моего вопроса у Беатрис буквально задергался глаз.