Искра. Дарованная

Но тогда он был еле заметен и продержался недолго, а сейчас я буквально чувствую: этот будет защищать долго. Или дело в облике?

Звуки смолкли, поддаваясь напряжённой атмосфере приближения бешеных хищников. Даже ветер уже не гулял между ветвями, а словно перебегал между стволами, прячась от неведомого врага, еле задевая траву.Тишина нарушалась только тревожным шёпотом листвы, птицы в страхе затаились, пережидая угрозу.

Тем временем Сседаший, едва заметно раскачиваясь из стороны в сторону в боевой стойке, задумчиво разглядывал барьер, окутавший меня, и прошелестел:

- Ты и правда ссстал сссильнее.

И это стало последним тихим звуком. Я даже не заметила, как Дикие приблизились. Словно из воздуха появились.

Они напали. Сразу семеро. И мне стало страшно! К безумному взгляду невозможно привыкнуть, он всегда будет наводить ужас. А то, что в этом взгляде помимо прочего читается желание убивать… Как же хочется спрятаться.

Лейлас не отходил от меня, обнажив тонкий изогнутый клинок с вязью узоров в виде цветущей лианы.

В это время близнецы, появившись словно из тени деревьев, уже сразили первого Дикого (как только успели добежать?) и тут же скрылись снова. Чтобы материализоваться рядом со следующей...жертвой.

В руках Люциуса возник огромный меч из воздуха, которым он бился с другим врагом, стоя спиной к спине со Сседашием в змеиной ипостаси. Его хвост сжал в кольцах вырывающегося соперника и со всех сил сдавливал его, вытесняя воздух из лёгких. Себастьян выматывал своего оппонента, уклоняясь от атак и выжидая момент для нападения.

Несмотря на расстояние, Лейлас (как он сам пояснил) ускорял регенерацию у всех, кто получал раны, но одновременно внимательно следил, чтобы я была в безопасности.

Стоп. Их же было семеро. Где ещё один? Я стала нервно озираться, пытаясь уловить движение среди деревьев, но безуспешно. Как же так? Я ведь не могла ошибиться, уж до семи считать умею! Где он? Где?

- Солей! В сторону!

Лейлас схватил меня за руку и дёрнул на Сседашия, поймавшего меня в кольцо рук.

Сам же светлый эльф взмахнул изящным клинком, отрубая Дикому кисть с кривыми когтями, от чего тот протяжно взвыл. И вой этот...был человеческим.

Мне стало так жаль его.

Когда-то они были людьми…

Нормальные ведь были мужики…

С семьёй и детьми…

Это главная беда моего мира…

Это несправедливо!

Мысль, дикая как сами...Дикие, родилась у меня в голове, когда я увидела, что Лейлас и седьмой враг не нападают друг на друга, а стоят в оборонительной стойке.