Следующие воле Морены

С особым удивлением они почему-то уставились именно на Мор, и почти поморщились, тут же отворачиваясь.

- Не пристало тебе с собой же ссориться, - сказал старик и устало покачал головой.

- Мы не один человек, - в один голос воскликнули девушки, подрываясь с места. Они посмотрели друг на друга и злобно скривились, усаживаясь обратно на свои лавки. Старичок ничего не ответил, но Мор разглядела под его бородой намек на улыбку. Он легонько подтолкнул ее к столу и девушки выжидающе, будто хищники стали следить за ней.

Почему-то девочке показалось, что каждая из девушек, хотела бы сидеть вместе с ней, но при этом и была против. Мор не решилась сделать выбор и притянув табурет села во главе стола. Голубоглазая фыркнула почти весело, брюнетка просто громко вздохнула. Старичок щелкнул пальцами и на столе появилось три чаши, с разными напитками. Мор с наслаждением пригубила узвар, в котором плавала мелкая земляника. Брюнетка оттолкнула молоко, а голубоглазая залпом выпила мёду, даже не поморщившись. Это всех будто бы немного успокоило.

- Продолжишь так себя вести, не много времени пройдет, как с ума сойдешь, - тяжело выдохнул старичок, присаживаясь напротив Мор. Девочка оглянулась, не понимая к кому именно он обращался. Девушки понимали, что ко всем и им это явно не нравилось.

- Не нужна мне эта лживая... - снова в один голос начали девушки, но замолкли и досадливо поморщились. Мор с интересом оглядела их. Наверное этот разговор шел уже какое-то время, поэтому девочка ничего не понимала.

- Ты одно целое. Попробуешь отринуть часть себя и в самом деле разобьешься, - чаши снова наполнились напитками. Старичок все также добродушно улыбался, но перебить себя не позволил. - Ты ведь уже приняла маленькую себя.

Он повернулся к Мор, а та так и застыла с чашей у губ, ловя взгляды девушек, которые почему-то выглядели печально. Нет. Так выглядела только брюнетка, а голубоглазая наоборот будто бы была чем-то недовольна.

- Будто у меня был выбор, - буркнула она под хмурый взгляд брюнетки.

- Сейчас у тебя его тоже нет, - просто сказал старичок.

- Я не собираюсь признавать, что все пережитое мной это просто чья-то ложь, - спокойно сказала черноволосая, явно уставшая от этого разговора.

- Это никогда и не было ложью. Ты правда пережила все те избиения, прочувствовала на себе чужой гнев и свою собственную боль, но других это не касается. Тебя заставили пережить все это в одиночку, - сморщенная ладонь старика легла на руку брюнетки.