Чужак

Ветер, как выяснилось, знал удивительные вещи. Он обучил Мию приручать облака и слышать пение солнца. Показал, как можно из простых семян подсолнуха вырастить заморские травы. Научил дышать одновременно с землёй и превращать воду в сладкий мёд. Ветер жил по другим правилам, он не был обычным человеком, и это притягивало Мию с каждым днём всё больше и больше.

А Ветер её не отталкивал.

Они пили по утрам кофе с мёдом. Работали на полях под жарким летним солнцем. Гуляли в пустошах и глядели, как серебрилась при наступлении темноты трава.

То лето было наполнено тёплым тягучим счастьем, похожим на сладкий нектар. Оно пропиталось запахами дрока и ракитника, пением свирелей и звоном радостного смеха. Мия никогда до этого не любила, но в груди у неё расцветала щемящая нежность, которой она отказывалась препятствовать.

Когда Ветер нежно брал её крохотные ладошки в свои и целовал, они оба забывали обо всём. О времени, пространстве и том, что где-то когда-то была другая жизнь.

Но лето подходило к концу. И однажды вечером Мия закончила своё полотно.

***

Проснувшись по привычке на рассвете, она обнаружила, что в постели одна. Посмотрела за окно – на вишне, растущей рядом с домом, появились золотые и алые листочки. Осень наступила.

Мия, как была, в одной сорочке, выбежала из дома. Споткнувшись о порожек, чуть не упала. Распахнула дверь и увидела его.

Ветер медленно шёл по тропинке от дома, всё дальше и дальше. Опоздала бы она хоть на минуту, и он бы скрылся из виду, растворился в горизонте, и Мия никогда не увидела бы своего Чужака больше.

— Ты даже не попрощался, - тихо прошептала Мия, даже не обижаясь. Слишком больно было, чтобы обижаться.

— Я и не здоровался, – заметил Ветер и посмотрел на неё. И Мия увидела в его глазах то, чего так боялась – ледники вернулись. – Почему ты плачешь? Ты знала, что так всё и будет.

— Да, но…. – Мия тихонько всхлипнула.

Ветер сдался и взял её за руку в последний раз.

— Ты надеялась, что тебе-то удастся остаться рядом с Чужаком и жить счастливо всегда, я прав? – Ветер грустно улыбнулся.

— Я всё понимаю, – сквозь слёзы пробормотала Мия. – Но ты мог бы хотя бы попрощаться. А ты струсил!

— Да, – неожиданно честно ответил он. – Я струсил. Потому что не хотел уходить.

— Так зачем же ты тогда….

— Оттого, что это рано или поздно закончится. Но ты умница, Мия. И поэтому я открою тебе один секрет напоследок. Все люди – чужие друг другу.