Сказания Чёрного Ворона

Предчувствие чего-то нехорошего отдалось в дрогнувших ни с того ни с сего коленках.

Она не хотела отвлекать наслаждающегося речной прогулкой Яра своими домыслами, пока не увидела, что улыбка постепенно сползала с его лица. На середине экскурсии он и вовсе стал поглядывать за спину.

— Что такое? — шепнула она ему на ухо, чтобы впередисидящая женщина в панамке не услышала ее.

— Я слышу всплески, — ответил Ярослав, не сводя взгляд с воды.

Василиса прислушалась. Помимо голоса диктора, беседы туристов и отдаленного городского шума раздавался еще один звук.

Точно капли воды опускались в реку, как капает протекающий кран. Теплоход создавал шум другого рода, не имея ничего общего с этим. Солнце ярко светило в небе, на котором было ни облачка.

— Это не дождь, — заключила Василиса.

На темной синеве реки один за другим появлялись круги. Примерно в метре от кормы кораблика они расползались, растворяясь в волнах, и вновь образовывались двумя остроконечными плавниками. Вскоре в глубине показалось очертание чего-то овального.

Оно поднималось вверх, и над водой всплыла зеленая макушка. Через мгновение Василиса увидела человеческие глаза.

За речным трамваем, виляя хвостом, плыла настоящая русалка. Под лучами солнца ее кожа сверкала как жемчужина. Влажные изумрудные волосы обрамляли лицо с точеными скулами. Серая радужка на фоне бледных белков и черные синяки под глазами выдавали неестественные для обычного человека черты. Она была ни жива, ни мертва. Словно утопленница, найденная в близи водоема.

— Русалка, — ахнул Яр.

Прежде чем Василиса успела бы ответить, русалка выпрыгнула из воды и ухватилась за нижние перила. Она повисла на них, улыбаясь Ярославу, а затем вцепилась в его руку зубами. Громов схватил ее за голову, пытаясь отпихнуть от себя, но человеческие зубы, совсем не похожие на остроконечные акульи, которые он видел у нечисти из озера в московском парке, держали на удивление крепко. Клыки прокусили кожу, от чего на запястье выступили капли крови.

Василиса приложила все силы, чтобы отпихнуть ее, и вместе у них получилось.

Русалка рухнула в воду. Отдышаться не вышло, — под водой заблестела золотая чешуя. Пару секунд спустя, уже две русалки прожигали их своими бесчувственными глазами. Они бросились наверх, отталкиваясь хвостом о толщу воды так, как будто она была твердой, и напали на них.

Лиса взвизгнула, — одной из русалок удалось поцарапать ей руку своими ногтями. Вдоль запястья проявилась алая полоса. Еще немного, и нечисть вспорола бы ей мышцу.