Сказания Чёрного Ворона

Спокойствие, с которым он говорил, окрасилось яростью. — Нам пришлось прятать вас и разделиться самим. В определенном возрасте у детей проявлялась сила. Тогда мы находили их и обучали всему, что могло понадобиться им для защиты.

Василиса видела убегающую женщину с ребенком в воспоминаниях Кощея. Очевидно, он не лгал, однако она не верила, что все могло быть так просто.

— Только для защиты? Зачем рожать детей, если вы не занимаетесь их воспитанием?

— Это совсем короткий отрезок времени, — отмахнулся Кощей. — Есть более важные вещи, чем это.

Скоро и ты поймешь.

— Значит, у вас появляются дети раз в несколько лет? Если вы якобы спасаете их, потому что… боитесь, что их найдут и убьют, а потом забираете к себе, вы… собираете армию? Что это вообще такое?

— Ты пока не поймешь. — Колдун обошел ее и остановился за ее спиной, склонившись. — Все, что тебе нужно знать сейчас, это то, что ты — дитя пророчества.

— Какого пророчества?

Кощей заговорил рядом с ее ухом, и Василиса поморщилась. Ощущать его дыхание на своей коже было неприятно.

— Я многое могу, Василиса. Гораздо больше, чем ты думаешь. Только Смерть неподвластна мне. Я мог прятать детей от людей, но не от Смерти. Мне пришлось обратиться к Тьме. Она сказала мне, что наши страдания прекратятся, когда родится ребенок с глазами матери.

— И что теперь? Когда я здесь, что ты будешь делать?

— Покажу тебе то, чего ты еще не знаешь.

Кощей отстранился от нее и стал шептать под нос заклятия. В кабинете в миг похолодало. У Василисы замерз кончик носа и пальцы.

За окном потемнело, однако не из-за надвинувшихся внезапно туч и не из-за затмения. Это случилось из-за прилипшего к стеклу, взявшегося из ниоткуда черного бесформенного пятна, похожего на сгусток дыма. Оно просочилось сквозь окно, бесшумно поползло по полу, переставляя темные, угловатые щупальца.

— Что это? — выдохнула шепотом Василиса.

— Ты должна была видеть ее, — невозмутимо сказал Колдун.

Студентка вжалась в спинку стула, желая раствориться, но не имея возможности сделать этого.

То, что ползло прямо к ней, она действительно видела раньше. Это было первой жизнью Нави, которую она разглядела в луже возле дома.

— Даже не пытайся. Перенестись не получится. Ты же прикована магией Тьмы, а не человеческими ремнями.

Пока он говорил, мерзкого вида пятно, выглядящее так, что должно было издавать звуки, привычные слякоти и какой-то липкости, молча обхватило ее ноги. Василиса задергалась, пытаясь сбросить его с себя.