Призрак на побегушках

Выставив ладонь, он остановил подобравшуюся Вэлл, не желая положенных приветствий.

– Я же сказала, что она мне нравится, – хищная улыбка исказила её правильные черты.

– Я заметил…

Он оставался в тени, сложив руки в карманы брюк.

– Тебе не пора возвращаться в город?

– Это и мой дом.

Они перекидывались короткими фразами, словно играли в пинг-понг, что раздражало Вэлл.

– Не стоит ругаться из-за меня, уверяю у вас нет для этого причин…

– Да?

– Да?

Одинаковая интонация с щедрой долей сарказма заставила Вэлл усмехнуться и подняться.

– Определённо! Прошу простить, мне ещё нужно разобрать документы вашей матушки.

Поклонившись вайслениру, она быстрым шагом направилась к себе. Острые взгляды так похожих друг на друга сапфировых глаз отчётливо чувствовались в районе её лопаток.

И только когда она прикрывала за собой дверь, они скрестились между собой.

Глава 9

– Праздник урожая – прекрасный повод улучшить отношение к вашему роду, – хмыкнув, Вэлл сделала себе пару заметок в толстый ежедневник, который исписала уже на четверть.

– Что ты имеешь в виду? – вайслена, склонив голову к плечу, требовательно смотрела на девушку, ожидая продолжения. С утра ей срочно понадобился повод, чтобы навестить шахтёрский городок и облагодетельствовать его.

– В некоторых районах есть такой обычай, – облизнув пересохшие губы, проговорила девушка, – торжественные мероприятия в честь сбора урожая. Праздник урожая зачастую является предлогом для встречи господ и простого народа… На юге Гленнвайса он тоже празднуется.

– Да, но не у нас. К тому же, до него ещё пара месяцев, а мне нужно раньше. Да и в тех местах почва плодородна на железо, а зерно мы закупаем из других районов. Навязывать праздник урожая сейчас не в наших интересах… – качнув головой, она сделала пару шагов по кабинету, заложив руки за спину.

Вэлл же наблюдала за ней, за напряжённой морщинкой, что пересекала её лоб, и понимала, что в тех шахтёрских поселениях атмосфера чересчур накалена, раз это так её тревожит. Вайслена вечером долго говорила с сыном, и с того момента женщина стала словно сама не своя, погружённая в тяжкие думы.

Они с утра заперлись в кабинете, обсуждая благотворительные мероприятия и регулярно возвращаясь к теме больницы и повода посетить те места. У Вэлл даже не было момента отпроситься, да она и понимала, что это не вовремя, поэтому, когда Рейлинн бодро вошла в комнату, надевая на ходу тонкие атласные перчатки, девуша только с сожалением бросила на неё взгляд.