Веер маскарада

Я же первый раз в жизни их увидела, когда к тебе тот красавчик прилетал.

- Не преувеличивай, - отмахнулась я. – Легардов во всех княжествах полно, просто их так просто не заметишь!

- Да уж! – хмыкнула подруга. – Высоченные, красивые и еще оборотни наполовину. И от них веет такой притягательной таинственностью!..

- Ройна, это был муж моей сестры, - развеселилась я. – За Рэнда и против шерсти причесать могу!

- Да ладно, - протянула девушка и рассмеялась. – Лучше скажи, легарды все такие красавцы, или те двое, которых я видела, исключение из правил? Может все оборотни страшные и ужасные?

- Ройна, ты будто не училась вместе со мной, - прошипела я тихо.

Девушка отшатнулась, глядя на меня с обидой. И я могла ее понять. Обычно, мы весело подшучиваем друг над другом, не обижаясь даже на самые неприятные слова. Но нервозность выбила меня из привычной колеи.

- Прости, я просто волнуюсь. А тут ты со своими подколками.

Я не имела права обижаться на девушку, но все же обиделась. Как бы легко я не реагировала на тему легардов, но сейчас привычная маска треснула, показывая истинные чувства.

Вспомнилось то, как я сама восприняла легардов, когда впервые их увидела. Мне ведь никто не объяснил, что браки между легардами и людьми очень редки и что это расходится с общепринятыми нормами. Маленькая я хотела себе в мужья Кланта и не видела препятствий.

Хорошо, что с тех пор я повзрослела и стала лучше разбираться в жизни. Мечта стать настоящей волшебницей оказалась гораздо реальнее, чем взаимная влюбленность между мной и моим легардом. Жаль только, что это не помогало избавиться от чувств, становившихся сильнее с каждым годом.

В последние года три я старалась даже не пересекаться с Клантом. Даже за многоразовым порталом обратилась к наследнику, хотя именно Клант хорошо умел делать артефакты.

Двери со скрипом разошлись в сторону и на пороге показался дрионий Рабиус с несколькими стопками пергаментов в руках. Часть он тут же отдал младшим ученикам, громко на них покрикивая и призывая к дисциплине, а затем, молча и, мне показалось ехидно, раздал наши листы.

Я со страдальческой миной взглянула на свой план и, понятное дело, вздохнула. Ройна рядом только что-то восторженно мямлила, пока наконец не рассмеялась:

- Такая практика легкая.