Тень ее высочества (II)

Проснувшись, он, как и раньше, непонимающе уставился на меня. Не помнил, что ему снилось? Или не хотел признаваться, чтобы я не приставала с расспросами? Глупый. Нужны мне его тайны — своих предостаточно.

Юлиан снова уснул. Все повторилось, как во время ночевки в трактире. Он подкатился ближе и подгреб меня под бок — так дети обнимают любимую игрушку. Засыпая под тяжелой мускулистой рукой, я подумала, что к подобному можно и привыкнуть. Такие теплые ощущения…

Утро началось со скандала. Сквозь сладкую дымку полуяви-полусна прорывались сердитые фразы.

— Я больше не потерплю с вашей стороны неуважения! — Рокочущий басок купца.

— Какое неуважение? О чем вы, почтенный? — Голос Яна звучал мягко.

— Почему маг не поставил в известность, что его щит непроницаем изнутри?

— Так это же замечательно, — вмещалась Валэри, — такая защита надежней, хоть и более энергоемка для ставящего.

— Вы должны благодарить воздушника за безопасный сон, а не ругать, — добавил Ян.

— Я сам могу побеспокоиться о своей безопасности! У меня есть сильный амулет, с ним никакие щиты не сравнятся!

— Хорошо, почтенный риэл, сегодняшней ночью можете спать за пределами круга, — насмешливо предложил Юлиан.

Напыщенность агграссца словно ветром сдуло, и он пошел на попятную:

— Нет, я не против, чтобы вы ставили щит. Я огорчен, что вы не предупредили о его непроницаемости. Вон как мне руку обожгло!

Не знаю, чем вчера слушал купец, но Юлиан предупреждал. Когда Валэри завела об этом речь, маг ее перебил, извинившись перед агграсцем.

Когда мы сидели в седле, я спросила, почему он не поставил наглеца на место. И он просто ответил, что не было настроения затевать спор.

…Во время полета ты предоставлен самому себе. Рассматривать мелькающие внизу пейзажи тяжело — начинает темнеть в глазах. Вот и лезут всякие мысли в голову. Можно подумать о вещах, на которые раньше не хватало времени. Жизнь принцессы насыщенна яркими событиями, быстро сменяющими друг друга. Столько людей, дел, все сливается в пеструю картину придворной жизни.

Шел двадцать второй день моей «двоедушной» жизни. До окончательного слияния осталось около тридцати восьми дней. Не много, но и не мало для спасения. Главное, быстро разыскать Зоора и доказать, что я хорошая знакомая принцессы Мариэллы, в просьбе которой принц отказать не сможет. А попросит она в записке помочь мне добраться до храма Судьбы в пустыне.