Коронованные Судьбой

— И ты так просто отказался от своей жизни? — заинтересованно спросила Фир.

— Нет, первое время, я, как и ты, боялся всего, но я еще и плакал. — Представив как Лэн плачет, Фир снова застенчиво хихикнула. — Но путешествия манили меня, — продолжал Лэн. — Меня манила неизвестность и мир, которые скрыт за пределами королевства людей.

— И ты никогда не жалел о своем решении?

Лэн покачал головой.

— Ада говорит, что жалеть это недопустимая роскошь для тех, кто отказался от своей жизни. Всегда, когда в моих мыслях появляется хотя бы намек на тоску по дому, я всегда вспоминаю чувство адреналина и запах опасности, преследующий меня повсюду, и эти мысли сразу испаряются.

Фир потупила взгляд. В словах Лэна и правда был смысл.

— Теперь это твоя жизнь и, если бы тебя не влекли приключения, ты бы сидела по ночам в своем теплом и уютном замке, вместо того, чтоб гоняться по ночным кварталам, убегая от разъярённых мужчин.

Фир пару раз моргнула, внимательно следя за каждым словом парня. Каким-то магическим способом он полностью описывал эмоции Фир, вертящиеся на языке.

— Но, если мне будет очень плохо? — едва слышно спросила Фир.

— Тогда приходи ко мне и мы вместе поплачем, вспоминая тепло домашних кроватей.

Фир снова улыбнулась, вглядываясь в глаза Лэна, рассматривая звёздочки, сверкающие в них.

— Ада называет нас бандой — она ненавидит слово семья. Но по секрету, Фир, добро пожаловать в нашу маленькую семью. И никто в этой семье тебя точно не обидит.

— То есть если я приду к тебе ночью, ты меня не пошлешь? — аккуратно уточнила Фир.

— Я буду только рад выслушать о твоем дурном сне и заварить тебе чай, — улыбнулся Лэн. — Ведь никто не поймет тебя лучше, чем тот, кто понимает через что тебе пришлось пройти. У нас у всех есть свои демоны, и мы помогаем друг другу с ними справляться.

— Спасибо, — искренне проговорила Фир, убрав клинок в ножны.

— Я буду рад даже пообсуждать всех мальчиков, которые когда-либо тебя обижали, — подморгнул ей Лэн, и его глаза сверкнули.

— Все, кто когда-либо меня обижал, гниют в земле, — хмыкнула Фир, оскаливая зубки.

Я сидел у ног Фир, наблюдая, как ее страх испаряется. Этот момент можно было запечатлеть в картине, ведь это был тот редкий момент. Я сидел, мурлыкая и покачивая хвостом, наблюдая за зарождением новой семьи. Семьи не по крови, а по духу. Тот редкий момент, когда совершенно незнакомые люди были готовы помочь друг другу. Я был свидетелем не просто разговора.