Выбор дракона

Его не загнать в клетку какими‑то афродизиаками!

— Или ты спишь на диване, или я выливаю пузырек на себя! — быстро и громко отчеканила Оливия. Рокаэль усмехнулся. Наивная!

— Я же тебе говорил, на меня не действует… — он не успел договорить, как девушка открыла крышку, перебив его.

— Тогда на тебя. У меня нет абсолютно никакой выдержки к афродизиакам! — два тонких пальца сжали хрупкое стекло. — И мы будем связаны до смерти!

Зеленые глаза мужчины, казалось, увеличились в два раза.

Такой наглости ему еще ни разу не приходилось слышать, все внутри взбунтовалось от попыток управлять им. Он тер — р-рпеть не мог оков и поводков.

— Выбирай: диван или пузырек? — собрав последние крохи смелости, сказала Оливия.

Может, она это его зря? Закусив губу, девушка следила, как глаза Рокаэля налились сталью. Ступая на хрупкую, как лед, дорожку, Оливия играла с огнем, и прекрасно это знала.

Нетерпимость наставника к ультиматумам была широко известна среди учеников, и пройтись по этому острию решился бы не каждый.

Но не Оливия.

Эти капельки на его коже, эти предательские мысли в её голове — все это подтолкнуло девушку на глупости. А ведь могла просто отшутиться и лечь спать. Это чертово полотенце! Не мог как наставник выйти при полном параде?

Свалить все на него было бы удобно, но Оливия никогда не любила себе лгать. Она сама сейчас заварила эту кашу, и это из её уст сейчас прозвучала угроза.

Опасная близость тела Рокаэля отрезвила.

Неровное дыхание девушки столкнулась со смуглой кожей мужчины, и на ней проступили мурашки. Как завороженная, глядя на грудь мужчины перед собой, Оливия в последний момент почувствовала, как пузырек упорхнул из рук.

На макушку что‑то закапало, и девушка запоздало отпрянула. На волосах расползалось мокрое пятно, и цветочный запах ударил в нос. Перед лицом возник пустой стеклянный пузырек, и Рокаэль склонился к девушке недопустимо близко. Рваное дыхание мужчины слилось с взволнованным дыханием Оливии, а хищный темно — зеленый взор взял в плен бушующее море голубых глаз.

— Моя половина кровати — левая. Ты упустила свою возможность выбора.

Картинка перед глазами девушки стремительно изменилась, белое полотенце в воздухе на секунду приковало взгляд, и, как занавес, упало на пол. Кровать прогнулась под весом тела, наполняя комнату тихим скрипом дерева, а Оливия все не могла сдвинуться с места.