Беглянка в королевстве теней

Некогда красивые сады и оранжереи казались теперь прибежищем диких животных, которые в самые голодные времена всегда смогут найти здесь оставленную слугами пищу. Со стороны могло показаться, что замок, как и его владелец уже давно всеми забыты и готовятся к смерти.Но я знала, что замок все еще жил. Он оживет, когда заботливая рука разожжет камин, когда граф наймет местных жителей и восстановит флигель, когда новые слуги сотрут вековую пыль, вымоют окна и до блеска отдраят полы.В маленькое окошко я видела, как графиня-мать выехала на своем кресле из комнаты на втором этаже, чтобы осмотреть владения и посмотреть нам вслед.

Эпилог. Три года спустя– Ката, где мои амулеты?

Я бегала по дому, пытаясь найти хоть что-то во всем этом беспорядке.

Сколько раз говорила: нельзя трогать амулеты, нельзя прикасаться к моим ножам, нельзя трогать кольца, браслеты, цепочки.

Ровно год назад, в такой же летний день, когда мы с бароном осматривали прибывший скот и отбирали ему людей ухаживать за животными, на проселочной дороге показался всадник. У меня сердце замерло, когда стало понятно, что скачет он ни куда-нибудь, а именно к нам. В одно мгновенье показалось, что я перечеркну всю свою спокойную жизнь без имени, покушений, обвинений и смертей, и он принесет мне приговор.

В этот отдаленный уголок новости приходили очень редко, да и то с опозданием. Но все, что я слышала, не должно было предвещать беды. В отличие от всадника, скачущего галопом прямо к нам.

– Ты вся похолодела, – взял меня за руку старый барон.

Он относился ко мне, как к дочери, нет, скорее, как к внучке, которая была единственной радостью и отрадой в его долгой жизни. И я видела, как этот мужчина искренне переживает и боится за меня. Все-таки Деор умел выбирать людей.

– Тиана Ардионт? – громко спросил всадник, подведя свою лошадь совсем близко и спешившись.

– Да, – спокойно ответила я, а внутри все клокотало от страха.

– Вам письмо. Официальное, – также отчеканил всадник.

– Я возьму, возьму.

Барон засуетился и вырвал письмо из рук мужчины. Он разломал печать и достал большой лист, сложенный трижды. Правильно, я бы сейчас не смогла все это сделать – стало бы заметно, как трясутся руки.

– Тебе вернули поместье, – сказал старик улыбаясь.