Прощальный танец

— И поразительно послушны, — язвительно добавила она. — Неужели пытаетесь привлечь внимание мужа своей покорностью?

Рениса ощутила, как краска помимо воли прилила к лицу, что, конечно же, не осталось не замеченным. На губах Шанталь расцвела самодовольная улыбка.

— Не похоже, что вам благоволят. Вас продали ему за какие-то грехи?

Едкие слова принцессы жалили, подобно рою диких ос — свирепо и беспощадно. Рениса до крови прокусила губу и так сильно сжала ладони в кулаки, что выступившие костяшки пальцев побелели.

Она нестерпимо желала ответить в столь же резкой манере. Кто только дал этой нахальной принцессе право лезть в чужую жизнь, когда она сама в весьма сомнительном положении! Вот только понимание, что её грубость не приведёт ни к чему хорошему, заставило преодолеть этот порыв.

— Давайте спустимся в сад, в этих краях темнеет очень рано, а я пока недостаточно хорошо здесь ориентируюсь. Мне бы не хотелось заблудиться, — выдавила она, отведя взгляд в сторону.

— Ну что ж, ведите, — снисходительно позволила Шанталь, и Рениса, уже не скрывая своего облегчения, направилась к двери.

Она искренне надеялась, что поток яда от принцессы хоть ненадолго прервётся, но та не дала ей желанной передышки. Едва они переступили порог, как Шанталь вновь принялась её донимать.

— Неужели угодить мужу ваша единственная цель? Он же никогда не посмотрит на вас, как на равную, для чего же вы так стараетесь? Если даже сейчас, в первые дни после свадьбы, к вам относятся, как к служанке, то дальше будет только хуже! Как и все мужчины, он наиграется и начнёт вас презирать!

— Простите, Ваше Высочество, но почему вас беспокоит моя жизнь и судьба? Мы ведь едва знакомы! — стараясь удержать вежливый тон, спросила Рениса.

— Я просто пытаюсь понять, зачем вы позволяете с вами так поступать? Что в этом демоне и вашем новом положении такого особого, что вы готовы мириться и с другой женщиной и чужим ребёнком!

Негодование Шанталь вызвало у Ренисы невольную усмешку. Капризная принцесса напомнила ей мать с её горячим желанием кем-то владеть всецело.

И хотя она и сама совсем недавно едва не сгорала от ревности, всё же для Рениса появление соперницы не стало трагедией всей жизни.

— Я — младшая дочь сэйла и выросла в гареме. Уже то, что я оказалась первой женой, для меня большая удача. Теперь никто не отнимет у меня права управлять домом и представлять мужа на приёмах, как и то, что мне не придётся выполнять чьи-либо ещё просьбы, кроме, конечно, супруга.