Пламенный цветок

Её мысли метались, словно в бреду, рождая всё более чудовищные картины. Она уже и не слышала новых объяснений полукровки, полностью погрузившись в собственные пугающие фантазии. То ей виделось, будто разочарованный её полным бессилием полукровка, бесстрастно сбрасывает Торину за борт, и серые, словно холодная сталь, воды Серебристого моря тянут её бренное тело к песчаному дну. То так и продолжающая впиваться в неё взглядом, будто клещ, нага с жуткой улыбкой на лице начинала отдавать несуразные приказы, противиться которым не представлялось возможным.

И Торина, как марионетка, послушно дёргала руками и ногами.

— Вы её совсем запугали! — В отдалении прозвучал тихий обеспокоенный голос. — Лучше вы бы всё объяснили мне одной, а я бы нашла способ донести всё, что нужно до принцессы!

— Я думал, это придаст ей решимости! — Судя по встревоженному тону, второй говорящий пребывал в полной растерянности. — Да и агни Аулус велел ничего не скрывать!

Торина с трудом выплыла из чудовищных видений и осоловело уставилась на подскочившую к ней девушку, запоздало узнав в ней нагу.

— Ваше Высочество? — Сэйлини плюхнулась перед ней на колени и, словно малютка Кэрина, обхватила её за дрожащие ноги. — Принцесса! Я не собираюсь вами управлять! А посол Данье никогда, слышите? Никогда не допустит, чтобы вашей жизни угрожала какая-то опасность!

Слова наги долетали до взбаламученного сознания Торины с некоторой задержкой, и ей ещё некоторое время приходилось вникать в их смысл, но одно она могла сказать точно. Голос у сэйлини оказался вовсе не бесцветным, а довольно приятным.

Низковатый, с чарующими бархатистыми нотками. Он не только невольно ласкал слух, но и располагал к себе. То же чувство вызывали и успокаивающие прикосновения наги. От её узких ладоней исходило приятное тепло.

— Мы лишь желали помочь вам! — продолжала повторять сэйлини. — Я вовсе не хотела вторгаться в ваше сознание, но иначе бы вы никогда не осмелились сбежать из дворца!

— Эт-т-т-то… это т-т-тоже были в-в-вы? — заикаясь, проговорила Торина.

В мозгу медленно начала складываться истинная картина происходящего. Тот жуткий, дикий страх, затмивший сознание…

— Простите! — виновато взмолилась сэйлини. — Но… отдавать вас этим собакам с Бэрлока мне кажется ещё большей жестокостью!

Торина не знала, что ответить. Она окончательно запуталась и совершенно не понимала, что ей теперь делать. Они уже отплыли из любимой Линкарии, и едва ли этот подозрительный корабль повернёт обратно, чтобы вернуть её во дворец.