Пламенный цветок

— Это что? Магия?! — воскликнул мальчишка, но новый щелчок заставил Барта внезапно покачнуться, а затем упасть на землю. Этьен застыл и задержал дыхание. Мальчишка завалился в шаге от него. Принцесса подошла и склонилась над ним.

— Тебе это всё приснилось, — нежно прошептала она и сделала необычный пируэт пальцами перед его лицом. Мальчишка послушно кивнул и закрыл глаза. Спустя миг он уже мерно посапывал, подложив руку под голову.

Принцесса самодовольно усмехнулась и вновь повернулась к Витору.

— А вот тебе, мой дорогой, ничего забывать нельзя! Ты должен запомнить каждую секунду этой прекрасной ночи.

Согласен?

От тела Витора раздалось яростное шипение, которое вполне удовлетворило принцессу. Она почти вприпрыжку поскакала по аллее, а барон безвольно парил следом. Этьен осторожно и бесшумно вышел из кустов и, крадучись, поспешил за ними. Он едва мог сдержать рвущиеся в груди чувства. Ему хотелось кричать от счастья. Нэйдж! Перед ним была Нэйдж! И в этом невозможно было сомневаться! Она не погибла в лавине, и это невероятное обстоятельство грело душу.

Возможно, и Дамиану всё-таки удалось уцелеть!

Он пока не знал, как поступить. Страх спугнуть её мешался с желанием немедленно заполучить! Вдобавок он не собирался ей мешать. Нэйдж с увлечением доскакала до главного фонтана, попутно продолжая подтрунивать над парящим Витором.

— Ах, дорогой барон, ты видишь, как сегодня прекрасна луна? А как много звезд на небе? Неужели ты хотел пропустить такую красоту, прячась в моей спальне? Ну согласись, так гораздо романтичней!

Барон злобно шипел в ответ, но Нэйдж это только ещё больше забавляло.

Остановившись, она направила тело Витора к витому, украшенному резными каменными цветами столбу. Вслед вылетели магические путы, которые надёжно привязали барона к центральной фигуре фонтана. Затем Нэйдж прыгнула к Витору и, встав на каменное ограждение главной чаши, кокетливо склонила голову.

— Мой дорогой барон, приходя ко мне посреди ночи, ты, верно, желал доставить мне удовольствие? Что ж, было бы неправильно лишать тебя такой возможности!

С этими словами Нэйдж, посмеиваясь, подняла юбку барона, а затем беззастенчиво стянула с него штаны.

Шипение униженного Витора напоминало клубок разъярённых змей.

— Что-то не так, ваша милость? — продолжала насмехаться Нэйдж. — Я была слишком груба с вами? Ох, простите-простите, сейчас исправлюсь!

С этими словами она внезапно прижалась к барону и совершенно бесстыдно его поцеловала.