Пламенный цветок

Чёрные, как смоль волосы, спускались до плеч, очерчивая тонкие благородные черты и подчёркивая бронзовый загар; чистые, словно ясное безоблачное небо, голубые глаза, казалось, источали неведомый свет, от которого сердце начало стучать чаще, а дыхание сбиваться. А потом этот невероятный мужчина заговорил, и, услышав его тёплый, бархатный тембр голоса, Торина ощутила волну невероятного волнения и трепет.

— Ну что вы, посол Данье, не стоит меня переоценивать. — Лекарь демонов чуть склонился в знак приветствия. — Я уже вижу, что немного опоздал и теперь придётся латать корабль.

— Остаётся только надеяться, что в этой дыре найдётся всё необходимое, — с печальным вздохом пробормотал Филипп, но почти тут же взял себя в руки и вернул вежливый тон. — Позвольте представить вам моих спутниц. Её Высочество принцесса Торина Линкская и дочь посла нагов сэйлини Рениса.

Торина, бледнея и совершенно перестав понимать, что с ней происходит, сделала книксен. Она кожей почувствовала на себе невероятно выразительный взгляд, и это окончательно сбило её с толку.

Сердце загрохотало в груди так рьяно, что Торина была совершенно уверена, что все вокруг слышат его стук.

— Маркус Слайнор, — назвался мужчина, затем вновь коротко кивнул и пригласил следовать за ним.

Торина с явной досадой покосилась на него. «Он не знает правил этикета? Быть может, и вовсе не аристократ?» — ощущая себя преданной, спрашивала она себя. Как так могло получиться, что благородный вельможа позволил себе просто так кивнуть принцессе? Не поклонившись, не коснувшись её руки вежливым поцелуем.

Вспоминая свой фривольный наряд, Торина вознегодовала. И почему только в такой важный день и невероятную встречу её обрядили в настолько неподобающее и даже, можно сказать, неприличное платье?! А что, если этот прекрасный мужчина просто счёл её недостойной своего внимания? Тревожная бледность сменилась жаром. Кровь забурлила, заставив щёки пылать огнём.

— Ваше Высочество, с вами всё в порядке? — обеспокоенно обратился к ней Данье.

Только сейчас Торина поняла, что дрожит, а посол всё ещё сопровождает её и держит за руку.

— Я просто немного замёрзла, — прошептала она, краснея, казалось, с головы до пят.

— Пожалуй, подбирая вам гардероб, лорд Торик совсем позабыл, что шелка, хоть и прекрасны, совершенно не годятся для суровых путешествий, — с неудовольствием признал Данье и принялся стягивать с себя сюртук.

Спину Торины почти тут же опалило ревностным взглядом. Рениса, идущая за ними, явно была недовольна.