Противостояние эльфов

Постоянные практики и эксперименты с артефактами приносили невероятные плоды, и Этьен не преминул напомнить кузену о последнем приобретении:

— Теперь у него есть даже защита от демонов! Зная это, ты всё ещё сомневаешься? Да я представить себе не могу, что это должен быть за огонь, если наш Император не сможет с ним справиться!

Однако, несмотря на столь убедительные слова, Гаспьен всё равно был мрачен и не спешил переменить тему.

— Ты прав, но… я не могу оставить без внимания собственные предчувствия! Мне на самом деле неспокойно.

И всё чаще кажется, что подлые демоны нарочно толкают отца в эту бойню, словно хотят сделать всю грязную работу нашими руками!

— Надо же, и когда это ты стал рассуждать, как Император? — Этьен не смог удержаться от насмешливого тона, однако отметил, что Гаспьен стал куда проницательней, чем прежде. Кузен на выпад не отреагировал, и его выразительное бледное лицо сохранило серьёзность. Кривая улыбка сползла с губ Этьена, признавая неуместность недавнего ребячества. — Но… даже если всё так, как ты говоришь, — начал он, и в его голосе зазвучала неизбежность: — Разве сможет кто-то или что-то переубедить Его Императорское Величество?

— Едва ли, — с безысходностью произнёс Гаспьен.

— Император готов рискнуть просто потому, что другого шанса уже не будет, — озвучил Этьен внезапный вывод, и сам поразился тому, настолько оказался прав. Воцарившаяся тишина ещё больше угнетала. Этьен видел, что кузен совсем пал духом, заранее признав поражение. Однако сам он так просто сдаваться не желал.

— Раз уж я смог выбраться из цепких лап своей жены, думаю, и здесь найдётся лазейка!

Гаспьен лишь покачал головой, но Этьен успел заметить, что на тонких губах кузена промелькнула тень улыбки.

***

Каэр встретил непогодой. С неба сыпала колкая морось, а пронизывающий морской ветер, вечный спутник северного побережья, пробирал до костей. Этьен плотнее закутался в дорожный плащ и невольно шмыгнул носом, когда здоровенная холодная капля угодила ему за шиворот, упав с вычурного карниза небольшой беседки, в которой находились плиты портала.

Вдали, в густой утренней пелене скрывался город. Такой же серый и унылый, как и весь пейзаж вокруг. После ярких красок солнечного Шат-лириума, Каэр выглядел особенно блёклым и полинялым. Вокруг лишь седые угрюмые горы, да безжизненные поля с пожухлой травой и чахлыми кустами. Раздражённо нахлобучив капюшон, Этьен поёжился, затем вышел из-под сомнительного укрытия и неспешно зашагал по старой разбитой дороге.