Ведьмам здесь не место, или Ректор на мою голову

В том месте кожа буквально горела, но физический дискомфорт сейчас меня мало заботил. Неприятнее было сознавать, что теперь принцу Эртонии будет известен каждый мой шаг.

Я тяжело вздохнула. И избавиться самостоятельно от этого треклятого клейма я не смогу. По сути, его сможет снять только наложивший. Ладно, теперь уже ничего не поделаешь. Оставалось надеяться, что после того, как Аристар избавиться от диареи и зуда в интересных местах, Элларион все-таки снимет с меня магическую метку и наши пути больше никогда не пересекутся.

Так как Мирана наотрез отказалась покидать вечеринку, я возвращалась в общежитие одна. После того, как Элларион разрушил все мои планы и наградил специфическим клеймом, праздничного настроения во мне заметно поубавилось. Вернее, не осталось совсем. Хотелось закрыться в комнате, побыть в одиночестве и подумать, как найти способ вернуться в родной мир. В том, что придворный маг быстро разберется в зелье и поймет, что приготовила его ведьма, не стоило сомневаться.

Да, знала бы, чем все закончится, так и оставалась бы в относительной безопасности, а теперь…

Поднявшись на второй этаж, я вошла в комнату и чуть не вскрикнула от испуга, увидев горящие в темноте зеленым неестественным светом два уголька. И лишь спустя мгновение поняла, кто находится в комнате.

– Смерти моей хочешь? – зажигая свет, сказала я, осуждающе глядя на Дарона.

“Ну не остановилось же, – раздался в моем сознании голос ворона. – И где ты, позволь узнать, была все это время?”

– На вечеринке в честь первокурсников, – махнула рукой и хмыкнула: – Кстати, очень хочется задать тебе тот же вопрос. Если честно, я уже думала, что ты больше не вернешься.

– Это с чего же взялось такое умозаключение? – осведомился дух.

– Ну, не знаю, может потому что ты исчез, не сказав и слова? – пожала плечами и снова тяжело вздохнула, где-то на подсознании отмечаю, что это, кажется, уже начинает входить в привычку.

“В следующий раз обязательно поставлю тебя в известность, раз уж ты настолько мнительная, – саркастично отозвался он, а потом вдруг замолчал, пристально в меня вглядываясь. Длилось это несколько долгих мгновений и заставляло нервничать. Наконец, он глухо произнес: – В тебе что-то изменилось.