И вкус тьмы на губах

Глава 4. НЕПРИЯТНОСТИ В МЕНЮ

Ощущение чужого взгляда выдернуло из сна.

Открыв глаза, я продолжала ровно дышать, прислушиваясь к звукам в доме. Несмотря на резкое пробуждение, я ясно сознавала, где нахожусь. Давелийская империя, странный дом с сумасшедшей магической защитой, которая испытывает меня на каждом шагу. Хочу верить, что временно, и вскоре я смогу работать спокойно, не дергаясь от малейшего шороха за спиной.

Минуты бежали. Ощущение чужого любопытства исчезло.

Меня оценивал дом? Или же почудилось, и тревожный сон причудливо переплелся с явью?

Хотя проснулась задолго до планируемого времени, я ощущала бодрость и желание активно работать, чтобы удивить блондина.

Желание совершать подвиги, ведь уборку в доме Глау иначе и не назовешь. А еще… еще мне остро хотелось взглянуть на портрет Рэма Глау. Ненормальная тяга. Надеюсь, моя блажь вскоре пройдет.

Сейчас же, закрывая глаза, я могла четко представить лицо молодого техномага. И да, Арчиваль ему дальний родственник — общих черт нет, они совсем не похожи.

Не родные братья точно.

Кстати, о братьях… Точнее, об одном упрямом брате и безалаберной сестре, которых наверняка уже допросили законники, расследующие поджог гостиницы.

Вот ведь я умница-разумница! Чем занята, вместо того чтобы сообщить своим близким, что жива! Я собиралась сделать это в первый же день, но забыла. Позор…

Я подскочила с кровати, твердо решив создать «вестник». И тут же легла обратно. Еще ночь, вдобавок меня не закидывает письмами семья, значит, еще не знает о моем исчезновении.

Или же родные в курсе, что я в порядке. Не удивлюсь, если второе. При желании Болес всегда сможет отследить мое местонахождение по подаренному кулону.

Точно! Они боятся навести следователей на место, где я прячусь.

Оттого, что близкие думают, будто я преступница, стало дурно. Заставила их переживать. Нехорошо.

Я не заметила, как снова уснула, чтобы проснуться по будильнику.

Провозившись с завтраком для кромешного лорда, я позабыла о своем постыдном открытии. И лишь когда загрузила поднос в телепорт, смогла выдохнуть и создать «вестник» сестре.

Не зная, сумеет ли она прочитать записку без посторонних, я черканула всего несколько слов: «Филиппа, у меня все хорошо. Я все так же верна себе и нашей семье. Соскучилась. Обними за меня Болеса. Шлю тысячу поцелуев».

В тексте два намека, что дела у меня не очень: я назвала сестренку полным именем, вместо домашнего, и попросила обнять брата, с которым принципиально не общаюсь два года.