Когда плачут драконы

Ана невольно заслушалась строгим и в то же время немного отеческим тоном Хедина и не заметила, как Дарре разложил на столе необходимые медикаменты, а потом сунул Ане в руки ступку с пестиком.

– Ну и язва ты, сестренка, – негромко заметил он и кивнул на ступку, в которую были насыпаны какие-то травы, ждущие возможности превратиться в целебную мазь. – Не переусердствуй, – добавил он, увидев, как яростно Ана принялась перетирать снадобье, а ей почему-то показалось, что этот совет относился вовсе не к заданию.

Оставив бывших разбойников обживаться в спальне, Хедин вернулся в столовую до истечения отмеренных Дарре минут.

Молча плюхнулся на скамейку, доверяя себя докторским рукам, и Ана неожиданно отметила, что сел он не ближе к свету, а к ней спиной. Стиснула кулаки, до скрипа сдавив пестик, но удержала едкое замечание. «Не переусердствуй», – сказал Дарре. «Доверься мне», – услышала она.

Дарре тем временем попросил Хедина передвинуться ближе к окну и, разбинтовав ему голову, принялся осматривать рану.

– Не драконий след, – заметил он.

Хедин, за которым Ана, несмотря на обиду, подсматривала одним глазом, передернул плечами.

– Был бы драконий – сберег бы тебе мазь с бинтами, – заявил он, и Ана явственно ощутила желание брата отвесить Хедину затрещину. Ну вот, а еще ее просил не усердствовать. Впрочем, нынче было за что. – Это дружбан его постарался. Я уж думал, отрубился малый до нового пришествия, а он расчухался да черепок мой решил на прочность проверить. Так и познакомились.

– Избавь меня, ради Ойры, от таких знакомств, – жестко попросил Дарре.

– Я пацанов этих залатал, конечно, но, будь они на год-другой постарше, ночь могли и не пережить.

– Впредь умнее будут, – угрюмо отозвался Хедин без тени раскаяния. – Пусть спасибо скажут, что им Вилхе на пути встретился с его благородством. Другой пострелял бы разбойничков таких и не поморщился. И никто бы его за это не осудил.

– Они же мальчишки! – не удержалась Ана и напряглась, уверенная в грубом ответе. Ну да, мальчишки. Но путь-то свой уже выбрали.

Отец вон в пять лет захотел человеком стать. Дарре после стольких издевательств мстить не пошел. А эти…

– Ты тоже дал им второй шанс, – снова предупредил слова Хедина Дарре, и Ана не поверила ушам, когда Хедин вполголоса буркнул, будто повторяя за ней:

– Мальчишки…

Словно озарение какое-то обрушилось на Ану, едва не подкосив нежданной слабостью. Энда, а она-то ведь Хедина жестоким и бесчувственным всегда считала. А он… мальчишек от расправы уберег.