Когда плачут драконы

Ни Джемме твоей, – не удержалась от выпада в ее сторону Ана. – Так что им на тебя равняться надо, а не тебе на них. Вот блеснешь еще в новом деле...

– Не блесну, – покачал головой Эдрик. Ана вздохнула, не одобряя этого заведомого смирения, и принялась перечислять все достоинства товарища, способные помочь ему стать героем. Ана говорила легко и привычно, далеко не в первый раз пытаясь таким образом вернуть Эдрику уверенность в себе. И вдруг осеклась, поймав за хвост промелькнувшую догадку:

– Опять не позвали?

Эдрик не ответил, однако Ане и не нужны были слова.

Внутри поднялся настоящий ураган негодования: парни снова проигнорировали Эдрика! Низко, бессовестно – они сделали вид, что забыли о его заслугах и умениях и снова решили унизить, оставив в Армелоне, когда сами собрались в Южные страны. Вот уж такой подлости Ана от них не ожидала. Но если с подходом Вилхе, который не особо хорошо понимал Эдрика, еще можно было смириться, то принять теперь поступок Хедина...

Ана сжала кулаки, сверкнула глазами.

Приняла решение.

– Идем! – приказала она и направилась в обратную сторону. Ее больше не интересовал никакой смотр. Она собиралась высказать Хедину все то, что думала по поводу его отвратительного пренебрежения братом. И времени до казармы ей аккурат хватило, чтобы сформулировать свои претензии.

Большинство дружинников уже отправилось на Главную площадь, но лошадь Хедина еще стояла привязанной к ограде, а значит, и он сам должен был быть здесь. Ана решительно шагнула к зданию, но Эдрик, наконец поняв ее замысел, задержал за руку.

– Ана, не стоит, – негромко, но как-то чересчур твердо проговорил он. – Я не желаю навязываться, но еще меньше хотел бы, чтобы ты вступалась за меня. Это гораздо унизительнее, чем нынешнее пренебрежение.

Ана осеклась, обернулась. Посмотрела Эдрику в глаза и увидела в них отчаянную серьезность. Ойра, ну надо же, из-за своей горячности чуть дел не натворила. Ведь действительно же, выступи Ана в защиту Эдрика – и он одной жалости был бы достоин.

Словно сам побоялся высказаться и девчонку вместо себя прислал. Подставил под удар, как последний трус.

– Прости! – выдохнула Ана и ласково погладила сжатую на своем запястье руку. – Я не подумала. Ты прав, конечно, но надо же что-то с этим делать! Это несправедливо...

– Восхитительное зрелище! – прервал ее издевательски насмешливый голос Хедина, и Ана даже вздрогнула, словно он застал ее за чем-то неприличным.