Когда плачут драконы

Почему не остановила? – расплакалась она и тоже упала на колени, закрыла лицо ладонями. – Почему не оборотилась, за ними не кинулась, если все знала? А теперь...

– Я не могу... – совсем глухо выговорила Кеола: вина сдавливала горло и почти не позволяла дышать. – Я... давно не могу... Совсем...

– Образ дракона принять не можешь? – снова вмешался мужской голос – спокойный и собранный, а Кеола вздрогнула, сжалась, понимая, что выдала свою тайну, словно о жалости и сочувствии просила. Словно оправдаться хотела за ту беду, в которую вовлекла Кедде.

– Я не хотела! – вскочила она на ноги, выплескивая всю горечь, все разочарование и всю боль минувших мучительных лет. – Я не должна была!.. Я права не имела!.. Недодракон!.. А Кедде!.. Он всю жизнь небом бредит!.. Ему такая же, как он, нужна!.. А я!..

Ее охватила такая дрожь, что подломились колени. И Кеола непременно упала бы, если бы сильные руки не успели ее поддержать и не согрели в крепких утешающих объятиях.

– Ему нужна та, которую он любит, – сообщил Джеммин знакомый, как будто он знал Кедде и мог о нем судить, однако Кеола – глупо и неправильно – тут же ему поверила. Такому голосу невозможно было не верить. Особенно когда слишком сильно хотелось убедиться в его правдивости. – А раз так получается, что чувства у вас взаимные, то и не стоит искать несуществующие препятствия и изводить себя подобными нелепостями. Готов поспорить, Кедде со мной согласится, как только обо всем узнает.

– Как... узнает?.. – не в силах возражать и хватаясь за соломинку, переспросила Кеола. О чем говорил этот странный человек? Даже если Кедде действительно что-то к ней испытывал, сейчас-то... Неужели не поздно? Неужели еще можно что-то исправить?..

– Сама и расскажешь при встрече, – улыбнулся незнакомец и легонько подтолкнул ее к дому. – А теперь живо собираться! Теплая одежда и еда на четверых: давно я в Стенбирге не был, пора в гости наведаться.

Кеола задышала часто, совершенно не зная, что сказать, потом сорвалась с места и исчезла в избе.

Вальгард повернулся к Джемме.

– Не знали, да? – с заметным осуждением проговорил он. Джемма поджала губы. В душе боролись обида и стыд. Хорошо Валю говорить: он с Кеолой рядом не жил, не знал ее характера и не видел, на какие жестокости она порой способна. С другой стороны, ни Джемма, ни Нетелл ни разу и не сподобились вызвать Кеолу на откровенный разговор.