Когда плачут драконы

Слишком приятно, слишком нужно, и Валь казался вовсе не бесчестным развратником, а точно таким же потерявшим голову бедолагой, как и она сама. И от этого становилось еще слаще. Если она смогла такое впечатление на него произвести...

– Валь! Валь!..

Беспокойный детский голос вынудил их отпрянуть друг от друга – и как раз вовремя, потому что следом в гостиную влетел взволнованный Харде с горящими глазами.

– Там Гейра! И Джемма! И с ними еще дракон! Коричневый! На Арве похож!

– На Арве? – прикрывая смятение изумлением, переспросила Нетелл, но Харде только махнул рукой в сторону выхода.

– Скорее!

Они поспешили на улицу и на полдороге к тоннелю встретили вернувшихся путешественниц. Джемма тут же кинулась к Вальгарду.

– Там Арве помощь нужна! – заторопила она. – Он в образе ящера-то справлялся, а сейчас не может. Там же узко очень, а Ярке совсем без сил, и Арве...

– Ярке? – этого имени Нетелл точно не слышала. Вот тебе и слетали девочки в Драконью долину. А ведь по всем расчетам она должна была пустовать.

Джемма кивнула, но объяснять покуда не стала, увлекая Валя к скале, и Нетелл пришлось набраться терпения до их возвращения.

Первым из каменного прохода показался Вальгард. Он двигался боком, перекинув чью-то руку себе через плечо. Следом появился изможденный юноша чуть старше Джеммы в таких обносках, по которым невозможно было угадать, что это была за одежда. Он почти висел на Вальгарде и Арве, кое-как волоча ноги и не поднимая головы, чтобы хотя бы взглянуть на новых знакомых.

– Ярке – дракон, – снова зачастила Джемма, как будто это и так не читалось по нечеловеческому отливу его волос. Холодный, металлический, его не брала никакая грязь, и Нетелл могла только предполагать, насколько великолепное зрелище мальчик представляет собой, когда превращается в ящера. – Но он оборотиться не может. Когда в плену был...

– Как не может?! – хором перебили ее Нетелл и Вальгард, а Ярке содрогнулся и окончательно обмяк.

– Мам, его в плену какой-то дрянью опоили, и он перестал вторую ипостась чувствовать, – негромко и очень выразительно сказала она. – Я пообещала, что ты сможешь найти противоядие.