Когда плачут драконы

С ума сошла, мать дракона-подростка и виновница мучений его собратьев! Кто позволил ей мечтать о женском счастье? И чем так притянул этот насмешливый отшельник, что она едва себя не потеряла?

– М-медовые, – пробормотала Нетелл и подвинула к Вальгарду берестяной кулек с леденцами. – Угощайтесь.

Он кивнул, но вместо того, чтобы взять лакомство, неожиданно вышел из столовой. Нетелл растерянно проводила его взглядом, а потом, совершенно опустошенная, села на лавку.

– Вальгард… не любит сладкое? – не зная, что и думать, спросила она у Гейры, но та только плечами пожала.

Нетелл совершенно опустошенно посмотрела на него, а Вальгард подошел и положил на стол небольшой прозрачный камень точно такого же светло-желтого цвета, как сделанные Нетелл леденцы.

– Меняюсь, – улыбнулся он. – Не обещаю, правда, что эта безделушка покроет стоимость хоть одного леденца, но в Хантесвиле камни расхватывали как горячие пирожки.

Нетелл замотала головой.

– Зачем? – изумленно выговорила она. – У меня и в мыслях не было…

Тут она заметила, как загорелись глаза у Гейры и Харде, явно всей душой желающих заполучить кулек с оставшимися сладостями в свое личное пользование. И только от ответа Нетелл зависело, позволит ли им Валь такое счастье.

Она взяла камень в руки и тоже улыбнулась.

– Пирожки не так чтобы горячие, – напомнила она про остальное угощение, – но, надеюсь, все-таки съедобные.

Джемма не слишком тактично хрюкнула и первой уселась за стол. Рядом с ней расположился Харде. Гейра дорезала булку, потом расставила перед гостями глиняные миски и, сделав вид, что освобождает место, утянула в сторону пакет с леденцами. Нетелл подавила улыбку и присела по другую руку от дочери.

Вальгард наконец вынул из печи чугунок и водрузил его в центр стола. По комнате разнесся аппетитный запах тушеного мяса.

Нетелл проглотила шутку о том, что далеко не каждый может назвать подобный обед обыденным: в конце концов, не ее это было дело, а Вальгард не у нее одалживался, чтобы считать его деньги. Но она почему-то думала, что они увидят сегодня бедную хибару, продуваемую горными ветрами, и измученного спасителя драконов, едва сводящего концы с концами и загибающегося от необходимости присматривать сразу за двумя сорванцами.