Когда плачут драконы

Возможно, это же самое почувствовал и Дарре, потому что тоже окинул Кедде взглядом и велел ему нагреть воды. А Вилхе поручил принести от родителей хоть какую-то одежду для мальца.

Отказать брату в такой просьбе Вилхе не мог, поэтому послушно потащился к себе домой. Только сейчас он почувствовал, что просто неимоверно устал. Ноги заплетались, в голове шумело, а на душе было так уныло, словно он остался один во всем мире. Откуда взялись такие мысли, Вилхе не знал. Просто почему-то чувствовал, что никому больше не нужен.

Ни брату, окончательно освоившемуся в образе человека и владеющему собой куда лучше Вилхе. Ни другу, который считал дни до отъезда в армию и на него вообще никак не надеялся. Ни Кайе, которая нашла ему замену раньше, чем Вилхе догадался о своей нужде в ней. Ни даже этому драконышу, ради спасения которого он столько времени лгал родителям, а сегодня еще и обчистил их погреб.

Когда все только начиналось, Вилхе был уверен, что делает хорошее, нужное дело. Что ради него он готов пожертвовать самым дорогими вещами, даже собственной жизнью.

Вот только он никак не думал, это самое дело отнимет у него друзей и девушку. И оставит вот таким – растерянным, неприкаянным и сиротливым до безобразия.

Вилхе заставил себя встряхнуться, разогнать самим же наведенную тоску и с честью выполнил задание Дарре, не разбудив своим копошением родителей и разыскав без материнской помощи подходящие драконышу по размеру вещи. В конце концов, мальчишке сейчас уж точно не лучше, чем ему, а он и то держался. И никак не заслуживал пренебрежения после своих мучений.

Когда Вилхе вернулся в дом Кедде, мальчишка уже спал, заботливо укрытый одеялом. Рядом с ним сидел Кедде, напряженно всматриваясь в каждое движение нового соседа, готовый броситься на помощь при первом же требовании. Дарре аккуратно складывал медикаменты в докторскую сумку. Кайя колдовала у печи, что-то готовя.

Вилхе сам не понял, откуда вдруг взялась в голове шальная идея. Но коль скоро Кедде был занят, Создатели, кажется, подарили ему шанс.

Вилхе решительным шагом направился к Кайе.

– Давай помогу, – старательно выравнивая голос, предложил он. Кайя чуть удивленно подняла глаза. Вилхе засмотрелся в них и едва не пропустил ответ.

– Да я же просто кашу варю, Вилхе, – улыбнулась она, согревая его порядком подмерзшее сердце. Может, и не все еще потеряно, если Кайя улыбается ему совсем как раньше? Или просто раньше она тоже ничего к нему не испытывала? – Когда Харде проснется, будет, чем силы подкрепить.