Непростая история одного кота.

- Только не выкидывай меня на улицу пожалуйста, когда я стану просто котом. Нет у этой шкурки способности к выживанию.

Моё время истекает. Так грустно за этим наблюдать с осознанием, что ничего не можешь изменить. Как же бестолково прошла моя жизнь! Я был просто эгоистичным мерзавцем с комплексом Наполеона. Ничего не хочу.

Через два часа Анастасия притащила несколько толстенных тетрадок, карандаши, краски и упаковку шариковых ручек. Она расположилась за кухонным столом, разложив перед собой все необходимое.

- Я еще картинок нарисую, чтобы точно как в книге получилось.

Мне понравилось с каим рвением она отнеслась к моей просьбе. Я понимаю, что для нее это способ разнообразить деревенские будни, а я вспомню до мельчайших подробностей каким когда-то был.

- Я готова! - Сообщила мне Настя, открыла тетрадь и взяла ручку.

- Меня зовут Максимилиан Монтальто. Я родился в первый день зимы поод завывание ветра в маленьком каменном доме на краю старой итальянской деревушки.

Я пытался вспомнить все, копаясь в памяти и вытаскивая детали. Я даже вспомнил глаза и улыбку матери, вспомнил колыбельные, которые она мне пела. Впервые за долгое время мне хотелось вернуться в то время.

Я долго говорил, а Настя просто всё записывала. Было уже около полуночи, когда я решил остановится.

Настюха потянулась.

- Даже не думала, что ты - итальянец. А фамилия мне кажется знакомой. Где-то я её слышала.... Ладно подумаю об этом завтра. Мне было интересно. Пошли спасть, господин колдун.

Она взяла меня на руки и потащила в кровать. Я не стал сопротивляться. Как раз во сне покажу ей то, что рассказывал ранее.

Глава 33

Утром я застал Настюху на кухне. Они сидела за столом в своей смешной пижаме с мишками, забравшись с ногами на стул и что-то увлеченно рисовала, низко склонившись.

Что-то меня сильно утомили рассказы о жизни, а последние силы я потратил показывая девушке картинку своей жизни. Утомительное это занятие, скажу я вам, но такое приятно.

Запрыгиваю на рядом стоящий стул, заглядываю Настюхе под руку. А там....

- Офигеть! - Вырвалось у меня от восторга. - Ты в курсе, что в тебе художник плачет от обиды и забвения?

Настя улыбнулась и отложила карандаш.

- Правда, хорошо получилось?

- Очень. Спасибо большое.

Я был готов пустить слезу, глядя на рисунки Анастасии. Они такие живые, натуральные. Ни них я был таким, каким себя уже давно не помню. Так странно это осознавать.