Обжигающий след 1. Колдун

В дверь кабинета постучал солдат.

— Чего тебе? — выглянул Зарай Климыч.

— Разрешите доложить, ваше благородие, — отчеканил постовой. — Ландус Зовальский спрашивает вас. Сказал, что вы его ждете.

— Эм. Да, пусть зайдет.

Солдатик кивнул и поторопился исполнить приказ.

Если написанное в письме — правда, тогда ей стоит опасаться таможенника. Человека, которому, как ей раньше казалось, она могла доверять. Этот факт с трудом укладывался в голове. Из-за низкого роста аптекаря в просвете книжных полок видна была только подпрыгивающая макушка с реденькими завитками волос.

— Ты принес? — спросил Климыч.

— Конечно. Нет ничего, что бы не мог достать Зовальский, — довольно произнес аптекарь. — Все для вас, как говорится. Особенно когда исправно платят звонкой монетой.

Мужчины исчезли в кабинете, но, слава Единому, не закрыли плотно дверь, и звуки продолжали доноситься. Тиса на цыпочках подкралась к кабинету и прислушалась.

— Вот, прошу взглянуть, дражайший начальник, — говорил Ландус. — Припас, так сказать, для себя, но раз такому достопочтимому мужу надо, так и своего отдать не жалко.

— Почему такой осадок? Он не пропал?

— Что вы! Наисвежайший, зуб золотой даю.

— Ладно, беру.

— О, Зарай Климыч, вы знаете, что вы всегда мой самый долгожданный покупатель! Люблю, когда не торгуются. Кстати, агрессин вам еще не нужен? А то у меня вторая бутыль стоит целехонька.

— Нет. Ты помнишь, о чем я тебя просил? Прикуси язык Ландус. Иначе я выберу другого поставщика.

— Не извольте сомневаться, мил сударь.

Шаги стали приближаться, и Тиса нырнула за ближайший стеллаж. Ландус просеменил к выходу из библиотеки. А Климыч огляделся и лишь тогда захлопнул дверь. Войнова выдохнула и, улучив момент, покинула свое убежище.

В ее комнате стоял холод — перед уходом забыла захлопнуть окно.

— Это правда! Зарай... Это он! — девушка прошла к тумбочке и взяла кружку. На дне виднелась мутная масса и крупинки песка.

— Как глупо было не распознать снадобье...

И все же стало немного легче от мысли, что она выдала Трихона солдатам не по собственной воле, а под действием зелья. «Нет. Уже не Трихона, — поправил ее безжалостный здравый смысл, — а вэйна. Шкалуш — морок. Всего лишь личина. Роль, которую исправно играл колдун».